Нам было поручено догнать Ключарева… но если выяснилось, что у него имеются во Флоренции чертовски важные бумаги, следует выхватить их из-под носа у этих… Этого сукина кота, – он покосился на итальянца, торчавшего на прежнем месте, – придется, увы, пока что помиловать…
– Вот именно. И заботиться о нем до поры до времени, как об отце родном. Что поделать, есть вещи важнее…
– Значит, решено?
– Решено.
– Вот вам моя рука! – воскликнул барон. – Вдвоем мы и в преисподней не пропадем…
Они вернулись к дереву, и Пушкин сказал без особого дружелюбия:
– Вам пока что везет, Руджиери.
Тут будет реклама 1
Мы посовещались и решили принять ваше предложение. Мы все вместе отправляемся во Флоренцию. В пути мы вас бережем и охраняем… а там, на месте, вы нам выдаете название банка. Только предупреждаю: обмана я вам не прощу. Во Флоренции есть наши люди, это не пустая угроза…"
"– Если что, я всю эту Флоренцию переверну вверх дном, – сказал барон решительно.
Тут будет реклама 2
– И не будет у меня на всю оставшуюся жизнь другой цели, кроме как найти тебя, мошенник, и содрать с тебя шкуру не в переносном, а в самом прямом смысле. Слово прусского гусара. Чем угодно клянусь. Ты понял, прохиндей проклятый?
Пушкин добавил, холодно чеканя слова:
– Я не столь решительно настроен, как мой друг, и кожу с вас драть не намерен – исключительно оттого, что никогда не занимался этой процедурой, а там наверняка есть свои тонкости мастерства, которыми в два счета не овладеешь… Я поступлю проще.
Тут будет реклама 3
Если попытаетесь нас обмануть, наш посланник в Тоскане будет добиваться вашей поимки и ареста как простого вора: я с честнейшим видом буду уверять, что вы у меня мошенническим образом выманили огромный фамильный алмаз… Флоренция, конечно, ваша родина, но вряд ли тамошняя полиция, доведись ей выбирать меж свидетельством нашего посланника и вашими объяснениями, поверит именно вам.
Тут будет реклама 4
Вы, как у нас говорится, отрезанный ломоть. Давненько на родине не бывали, болтались в чужих краях, растеряли все связи и знакомства, да и положение занимаете не особенно завидное… И потом, может вновь всплыть петербургская история… даже две. Уж Петербург придумает, в чем вас обвинить так, чтобы это выглядело убедительно.
– А Берлин ни за что не отстанет, – пообещал барон.
