«… Под носом у охраны… Таинственный сила… Кто превратил убийцу в груду мяса? Орден хранит молчание… Великий Магистр занят молодой рабыней вместо того чтобы раскрывать заговоры… Не пора ли пересмотреть законы…Как к этому относится Храм и Церковь Единого?… Епископ Ивилийский возмущен некомпетентностью Ордена…»
Марк достал из кармана последнюю модель фониля и, набрав короткий номер, бросил в трубку:
— Кардинала Диего к королю! Немедленно!
— Марк, а ведь это заговор не против короны, а против тебя. Убей они наследника и тебе пришлось бы подать в отставку.
— Меня сейчас больше волнует вопрос, откуда у них снимки? И как много они увидели… — он замолчал, ожидая пока секретарь выйдет из кабинета. — И как они это смогли провернуть в полностью защищенной магией комнате? Снимок сделан до того как я появился в спальне… Но рядом с Андрианом и мною не может работать ни одно заклинание слежения. На темной половине магия не работает вовсе, у меня там даже часы останавливаются. Приходится менять каждый месяц. Как-то Вин принес детскую игрушку работающую на механике от маленького блока питания, так она сломалась… Вот дерьмо! Я идиот!
В кабинет вошел строгий и хмурый Диего.
— Вы уже видели? — он кивнул на газеты.
— Дать опровержение в правительственном Вестнике, и выдвинуть иск в клевете, — отдал Марк распоряжение, граф согласно кивнул. — Редактора этой газеты в подвал и не выпускать пока не признается, откуда у него снимки. Делай что хочешь, но найди мне того кто их принес. И пришли сюда лучших сыскарей. Есть у меня подозрения, нужно проверить.
Марк встал посреди кабинета и закрыл глаза. Так было проще отдать власть демону. Тот довольно встрепенулся и занял сознание, отодвигая владельца тела на периферию. Марк со стороны наблюдал и чувствовал, его губы шевелились, но не издавали звуков, пальцы перебирали невидимые нити, отправляя по ним короткие и четкие приказы.
— Я хочу чтобы вы обшарили каждый закуток, каждую щель, найдите мне странные и необычные предметы которых здесь раньше не было. Ищите!
Его величество Ортего успел подхватить кузена до того как он рухнул на ковер.