Киселев выходил из моря, на нем висела хорошенькая брюнеточка и активно старалась залезть ему в рот по самый пояс.
– Двести. – Я вырвала деньги из рук и хотела быстрее сбежать.
– Привет, Евка, – Киселев небрежно бросил фразу и принялся пошленько кормить свою подругу трубочкой.
– И тебе не хворать, – огрызнулась я."
"Я подхватила корзинку и зашагала прочь. На автомате кричала «зазывалку», а сама хлюпала носом и вытирала рукавом рубашки одинокую слезу. Обида скреблась в душе. И правильно сказала бабуля – кобеляка он! Больше не заговорю и даже не взгляну на него.
Не заметила, как поравнялась с Ленкой.
– Вот урод, – причитала подруга, – я ему такое позволяла, а он?! – разъяренно шептала она. – Кукуруза, вареная кукуруза!
– Ага, – протянула я на автомате, не слушая подругу.
– Что ты агакаешь?! А вот если бы тебе залезли в трусики, а потом и имя забыли?! – уже в голос рявкнула Ленка.
Отдыхающие обратили на нас внимание и лениво наблюдали за разборкой.
– Лен, вчера надо было об этом думать.
У подруги была завидная черта: все свои проблемы она умела перекладывать на чужую голову и выкрутить так, что тебе становилось стыдно, хотя ты к этому и отношения никакого не имеешь.
– Вот, значит, как заговорила. А я тебя подругой считала, – начала давить она на жалость.
– Я и есть твоя подруга. Но если хочешь на ком-то выместить злость, то иди к Женечке, он хотя бы это заслужил.
– Молодец, девочка, – похвалила меня женщина, лежащая в метре от нас под зонтиком и с явным интересом наблюдавшая за спором.
И вот опять я чувствую свою вину, что весь пляж слышал нашу ссору, а Ленке хоть бы что, она развернулась и пошла в обратном направлении, не забывая кричать про кукурузу.
***
Солнце было в зените, отдыхающие разбредались, разморенные солнцем и водой, на обед, и я старалась быстрее добраться до прохлады. Очень хотелось пить и поспать пару часиков.
Почти около дома я услышала крики и хлесткие удары, как кнутом.
– Баб Ась, ну ты что? Я ж и пальцем ее не тронул.
Послышался очередной удар.
Я прибавила ходу.
На моих глазах из соседнего двора вылетел Лёня в одних шортах, а за ним гналась моя бабуля, размахивая мокрым полотенцем.
– Видела я все, кобеляка! Пальцем не тронул, а вареники к ней свои тянул! – закричала бабуля и еще раз щелкнула полотенцем, как заправский ковбой или дрессировщик, задев Киселеву спину. – Чтоб рядом не видела, понял?!
– Да, понял, понял! – кричал он, закрываясь руками от следующего удара.