Стряпчий покупал и продавал человеческие пороки, превращая людей в покорные его воле механизмы огромной, одному ему известной безжалостной машины.
«Угодил в паутину — не дергайся и жди паука», — так гласит южноафриканская поговорка. Именно она пришла в голову отставного майора…
Отвлекшись от монитора, Натан Шерц взял со стола портативную рацию и вышел на связь со своим помощником.
— Что у тебя, Бад?
— У нас все готово, — последовал ответ.
— Тогда берите их…
Замыкающий патрульной группы исчез за очередным поворотом.
Уже несколько дней его команда двигалась «хвостом» за боевиками Сэя. Как опытный разведчик, Денис неустанно просчитывал конфигурацию патрульных маршрутов. Шли они по кругу, вернее сказать, кольцами, подобно тому, как анаконда душит свою жертву. В этом случае изначально приходила мысль о том, что таким образом патрульные выведут диверсионную группу к логову героинового императора. Но это было не так. Каждая из команд охранников двигалась строго в своем коридоре, и если следовать логике, что вся схема владений Сэя устроена по подобию гигантской змеюки, то резиденция — это голова гидры, а значит, вовсе не обязательно, что она будет отростком на одном из патрулируемых колец — скорее наоборот, внутри круга.
Дважды сканер Есаула фиксировал электронные датчики сигнализации. Подобными системами американские военные оберегают наиболее ценные объекты (ракетные шахты, командные пункты, лаборатории стратегического назначения).
Система электронного подавления «Тоннель» блокировала несколько датчиков, делая проход через охраняемую зону. Проникнув за периметр, диверсанты обнаружили там «пустышку», хотя, вернее сказать, не совсем: в одной из зон находился подпольный завод по переработке опия в героин.
Во второй зоне оказался тайный аэродром, где под маскировочной сеткой были укрыты два легких самолета «Сессна» и допотопный, но все еще надежный двухмоторный «Дуглас».