— Куда?
— Выход у нас только один — наверх, насколько я помню из устройства бункера. Подышим свежим воздухом, а там решим, что дальше делать.
— Ох, не люблю я неопределенности в боевой обстановке, — делано озабоченно вздохнул Цыган, забрасывая за плечи ранцевый огнемет…"
"А дальше началась для морпеха и подчиненных ему «краповых беретов» привычная работа. Едва покинув комнату развлечений и оказавшись в общем коридоре, они столкнулись с большой группой боевиков. С некоторыми уже были знакомы, только теперь у низкорослых филиппинцев вместо мачете были автоматы.
Дум-Дум, встав на колено, выцеливал из своей «снайперки» дальние цели, держа в прицеле выход на лестницу. Шквал огня сокрушил боевиков — с таким напором им еще не приходилось сталкиваться за всю свою службу. Уцелевшие филиппинцы стали по-рачьи пятиться.
Денис, расстреляв магазин трофейного «Г-36», отбросил его в сторону и, рванув из-за спины «АКМ», выстрелил из гранатомета. Реактивная граната, сверкнув молнией, ударилась в потолок, а затем, отрикошетив, взорвалась розовой вспышкой прямо над головами боевиков, уродуя их осколками и взрывной волной.
Проход на лестницу был свободен. Денис сунул в еще горячий ствол гранатомета очередную гранату и коротко скомандовал:
— Вперед!
Но добраться до выхода диверсанты все же не успели. Еще издалека донеслись отрывистые команды, раздаваемые их недавним пленником. Натан Шерц решил перехватить инициативу и уничтожить спецназовцев, таким образом попытаться вернуть былую благосклонность хозяина, в крайнем случае его преемника.
С новой силой разгоралась перестрелка. Теперь боевиков было куда больше; озверелой толпой они перли напролом, невзирая на угрозу смерти. Такое диверсантам доводилось видеть во время боестолкновений в Чечне, когда накачанные наркотиками моджахеды так же игнорировали собственную гибель.
Сила солому ломит. Спецназовцы хоть и не солома, но под таким давлением все же пришлось отходить.