Все имеет свое начало и свой конец, ночь закончилась, но еще не взошедшее солнце уже окрасило небосвод в нежно-бирюзовый цвет, и на этом фоне пакистанец разглядел белые паруса, приближающиеся к острову."
"«А ведь через час-полтора она будет здесь, — прикинул пакистанец. Появление яхты у острова не было чем-то из ряда вон выходящим: дайверы, ищущие уединения, иногда сюда заплывали. — В этот раз если кто-то нырнет, то это будет всего один раз и последний». Оттянув ствольную коробку, Камаль проверил, дослан ли патрон в патронник, и, сунув пистолет за пояс, стал спускаться вниз…
Стоя на мостике, Паганец заложил вираж, подняв каскад брызг.
— Чертовы головорезы, — выругался Паганец.
Его лысина под капитанской фуражкой неприятно взмокла; воинственный пыл, который одолевал отставного полковника ночью, без следа испарился.
Несколько минут в раздумье побарабанив по хромированному колесу штурвала, Анатолий Петрович все же решился и, оставив мостик, спустился в кают-компанию. Приняв два по сто «Белой лошади», он закусил маринованным осьминогом и, довольно крякнув, поднялся на палубу, где его ждал неприятный сюрприз.
— Ты что еще за босота такая? — увидев смуглолицего мокрого мужчину, удивленно уставился на него Паганец, но направленный в лоб ствол пистолета остудил его пыл.
— Снимаемся с якоря и уходим, — по-английски приказал Камаль.
— О’кэй, — поспешно закивал отставной милиционер. Конечно же, он боялся генерала Ремизова, но его месть была далекой перспективой, а стоящий напротив темноглазый басурманин запросто мог пулю засадить между глаз.
Они все-таки нашли то, ради чего моджахеды и спецы прятались под землей на необитаемом острове. Гуффи умудрился отыскать кабинет с трупом молодого афганца, заставленный столами с электронным оборудованием.