Я не решаюсь спросить, что он имеет в виду, просто отворачиваюсь к окну. К щекам приливает жаркая волна, я уже чувствую, как лицо и шею заливает краской. Как же меня бесит эта моя способность краснеть по любому поводу.
- Я хотел поговорить с тобой по поводу того случая, когда тебя толкнули в воду. Мы с охраной все проверили несколько раз, но камеры, с которых видна площадка у бассейна были грамотно отключены. И это, естественно не случайность. Выйти из строя может одна камеры, но не все одновременно. Расследование продолжается, но у нас нет никаких зацепок, поэтому, я прошу тебя, будь осторожна.
Я растерянно киваю, потому что уже успела забыть об этом случае. Столько всего происходит со мной в последнее время, нового и волнующего, что старое и плохое стирается автоматически. Остальная часть дороги проходит в тишине, но, когда машина останавливается у ворот школы и я берусь за ручку двери, чтобы сбежать, Марат хватает меня за руку и осторожно дергает на себя.
- Не так быстро, - успевает выдохнуть, прежде чем накрыть мои губы поцелуем.
Голову заволакивает вязкий туман, тело плавится, как мороженое на солнце, а заполошное сердце в ускоренном режиме тугими толчками качает кровь.
Когда слышу нетерпеливый рык, вздрагиваю и отстраняюсь.
- Итак твой ответ, Рита, - его голос звучит напряженно, даже резко немного, - думаю, дополнительное время тебе больше не нужно.
Я поднимаю голову и тут же натыкаюсь взглядом на Алекса. Он стоит недалеко от нашей машины, подпирая спиной мрачный забор школы, и так сосредоточенно сверлит меня взглядом через стекло, что у меня не остается никаких сомнений, он все видел. С одной стороны, видел и видел, это его вообще никак не касается, но с другой… если поползут слухи или станет известно куратору, ничем хорошим это для нас не кончится.