– К тому же уже почти все затянулись, так что даже кошмары не мучают… Поэтому мне больше интересно: какие же они должны быть у тебя, чтобы потребовалось зелье Сороса?
Нет, вы посмотрите на этого, так ловко увернувшегося, хоть и сидит неподвижно, типа. И это он мне на площади нравился? Беру свои мысли назад!
– На что ты намекаешь? – сухо поинтересовалась я, хотя прекрасно знала ответ. Но не скажешь же инистому прямо: «Да, я хочу вернуться домой, и это мой способ осуществить задуманное!». Это бы прозвучало полным бредом.
– На то, что ты ведешь себя подозрительно, – без обиняков ответил Дир и добавил: – И это меня беспокоит.
– Слушай, меня тоже много чего беспокоит. Но это же не повод, чтобы кому-то мешать! – в сердцах выпалила я этому невыносимому типу, который своими подозрениями бесил. Хотя остальным порой даже нравился. Иногда. Совсем чуть-чуть. Но раздражал-то сейчас своими вопросами неимоверно! – Знай, крыша у меня не течет. И я на мозги никому не капаю!"
"«В отличие от тебя», – не сказала, но так выразительно подумала, что один лорд, кажется, услышал и смутился.
– Ким, я понимаю, что может казаться, будто все нормально, но… Обещай, что перед тем, как решиться на какое-то безумство, ты еще раз подумаешь?
– Да я только и делаю, что думаю! Скоро свихнусь от этого! – Все. Я не выдержала. И решилась на успокоительную ссору.
А вот судьба – иначе.
Я же успела в последний момент схватиться одной рукой за край сиденья. Так что второй ладонью лишь едва успела ощутить тепло пальцев мага, и, упав на свое место, выдохнула:
– Спасибо.
Он в ответ лишь коротко кивнул и опустил руку, будто раздумывая, не сказать ли что-то еще. Но вместо слов лишь откинулся на спинку сиденья, и солнечный луч, пробившись сквозь стекло, лег золотой полосой на мужские колени.
Вот и поговорили, называется.
Между тем за окном менялся пейзаж: шумные улицы остались позади, уступив место тихим переулкам, толпа – редким прохожим, яркий свет – начавшему затягиваться тучами небу. Мы въезжали в район… Знакомый такой. Из которого я не так давно сбежала. Недалеко был особняк папочки. А меж тем карета замедлила ход, намекая: мы почти прибыли.