— Мы получаем большое количество подобных звонков, — пожал он плечами, словно это было само собой разумеющимся. — Иногда… даже чаще, чем нам хотелось бы, они представляют собой не более чем пустую болтовню. Но иногда приводят и к таким случаям.
— Каким случаям? — тут же уточнил я.
Офицер моргнул и посмотрел на меня.
— Ну, к арестам, — выдал он ответ с таким выражением, словно это подразумевалось само собой.
— И вас ничего не насторожило в этой информации?
— Нет. А должно было?
— Вы мне скажите, — хмыкнул я, прекрасно зная, что именно последует дальше.
— Протестую, защитник пытается манипулировать свидетелем. — Стрельцов посмотрел на меня крайне недобрым взглядом. — Офицеры полиции не обязаны строить теории о достоверности или недостоверности полученных ими сведений.
— Поддерживаю, — сказала судья и повернулась в мою сторону. — Задавайте вопросы по существу.
— Конечно, ваша честь, — вежливо кивнул я ей и снова повернулся к своей жертве. — Скажите, в наводке, которая привела вас в квартиру Яны Новиковой, содержалась информация, которая утверждала, что наркотики принадлежат именно ей?
— Нет, такого там не было.
— Какие-то конкретные сведения, которые бы указывали на причастность подзащитной к совершению незаконных действий?
— Нет.
— Соответственно, и ордера на непосредственный арест моей подзащитной у вас не было.
— Нет, не было, — покачал он головой с таким лицом, будто его уже успели утомить мои «глупые» вопросы.
— Вы когда-либо раньше встречали Яну Новикову до того дня, как ворвались в её квартиру?
А вот тут он растерялся.
— К чему вы клоните…
— Ответьте на вопрос, пожалуйста, — вежливо попросил я его.
— Нет. Я никогда ранее её не встречал.
— То есть и причин подозревать её во лжи у вас также не имелось?
— Нет… наверное, нет.
— Н, вы ей не поверили.
— Нет, не поверил, — сказал он, явно не понимая, к чему именно я клоню.
— Скажите, ваш стаж работы в полиции ведь составляет шестнадцать лет.
— Это смешно, ваша честь! — заявил Стрельцов. — Данный суд рассматривает исключительно это дело. Посторонние случаи, даже из практики этого офицера, не имеют к нему отношения…
— Как это не имеют? — воскликнул я, мысленно благодаря его.