Яна ждала нас в помещении для встреч. Поразительно, как обстановка и такая простая вещь, как красивая и удобная одежда меняют человека. Снова переодетая в белую робу заключенной, девушка сидела на металлическом стуле в наручниках в ожидании нас. Пусть на лице больше не было той жуткой затравленности, но я всё равно не мог сказать, что она выглядела как радостный одуванчик. Скорее уж наоборот.
Блин, а ведь если бы она в таком виде пришла в суд, то я бы не удивился, если бы присяжные вынесли обвинительный приговор ещё в первый день.
Впрочем, увидев нас, она обрадовалась.
— Итак, — произнес Стрельцов, садясь на стул напротив девушки. — Я хочу сделать вам предложение.
— Я помню ваше прошло предложение, — не стала скрывать чувства Яна.
— Тогда вы должны помнить и то, насколько щедр я был, — без каких-либо особых эмоций отреагировал он на её слова. — Но думаю, что в этот раз моё предложение покажется вам более заманчивым.
Он достал папку из своего портфеля и выложил на стол несколько листов."
"— Пять лет за полное признание вины перед следствием.
— Я…
— Я не закончил, — перебил Новикову прокурор, убирая пустую папку обратно в портфель и вставая. — Это предложение действительно до завтрашнего заседания. Можете подумать сейчас, а завтра скажете мне о своём решении. Если вы откажетесь, то больше такого предложения не будет. Подумайте, юная девушка.
А затем он развернулся и просто вышел из помещения раньше, чем мы успели хоть что-то бросить ему вслед.
— Да он издевается? — возмущённо прошипела Марина.
— Я… я не хочу принимать его предложение, — сказал нам Яна, на что Скворцова замотала головой.
— И не нужно.
— Я не уверен, — честно признался ей.
— Что? Не поняла.
Да я вот тоже. Когда он делал своё «заманчивое предложение», а затем уходил, я прислушивался к его эмоциям. Очень и очень внимательно. И они совсем не вязались с человеком, который «понял, что проигрывает», как только что сказала Марина. Скорее уж наоборот.