А ведь надо было ещё узнать, что эта встреча вообще была. Всё же не зря Молотов с ним работал.
— Ладно, — сдался я. — Будут тебе деньги. Но раз уж я плачу, то…
— То информация тебе нужна «вчера», — хохотнул он в трубку. — Не переживай. Сделаю. Если эти ребята оставили хоть несколько крошек, то след я найду. Кстати, ты же в курсе, что своим визитом ты его предупредил?
— Конечно, я в курсе. Для чего я, по-твоему, с ним встречался?
— Ну, я думал, что те снимки…
— Слушай, Пинкертонов, давай ты будешь заниматься своей работой, а я своей, хорошо? — немного раздражённо попросил я его.
— Ладно-ладно. Не ворчи. Намёк понял. Как что найду, я тебе позвоню.
Хорошо. С этой проблемой разобрались. А пока Пинкертонов будет искать нужную мне информацию, займёмся своей работой.
Ну и так, к слову. Я прекрасно знаю, почему Арсеньев всё ещё находится здесь, а не слинял куда подальше. Ему нужен способ «отмыть» деньги, которые он увёл из фонда. И работа в инвестиционной компании, в которой, разумеется, по чисто случайному совпадению, работает его старый школьный приятель, прекрасный способ это сделать.
Эх, дорого берёт Пинкертонов. Но свою работу делает хорошо — это следует признать. Надеюсь, что и в этом случае он сделает всё точно так же. Тогда никаких денег не жалко.
Хотелось бы мне, чтобы в деле Виктории, в котором я копался по вечерам дома у Громова, всё было бы так же просто и понятно. Только вот временная дыра в пять с лишним лет этого не позволяла. У меня ушло три полных вечера только на то, чтобы хоть примерно разобраться в документах.
И не находил её.
Лишь Громов приходил вечером с работы, заглядывал в кабинет с единственным вопросом — нашёл?"
"И каждый раз получал один и тот же ответ. Нет. Пока нет. Что сказать, энтузиазм я не терял. Было у меня стойкое ощущение, что ещё чуть-чуть — и я найду то, что ищу.
И хорошо бы оно оправдалось.
В офис я возвращался на такси, а когда приехал, то первым делом направился в отдел.
— Как дела? — спросил я у сидящей за своим столом Анастасии, на что получил лаконичное и привычное за последние три дня «нормально».
Похоже, что она всерьёз взялась за своё дело. Сама поговорила с клиентами. Сама разгребала все документы. Сама встречалась с юристами своих противников. Сама обратилась в суд, чтобы получить ходатайство на предоставление закрытой информации компании по её клиентам.
Правда, сразу же получила отказ.