Прижавшись плечом к коридорной стене, я обдумывала может ли оборотень всегда быть нежным и понимающим. Вряд ли. Если, конечно, он не Итан. А потом меня от рассуждений отвлекли продолжающие беседовать древние.
— Она плохо реагирует на строгость."
"— Да? Редкий экземпляр. Тогда папа Змей станет для нее милым лапушкой. Не то, чтобы она мне нравилась, но красотка редкостная, для коллекции попробовать хочу. Вон ее мальчик весь лоснится от удовольствия, значит хорошо дает.
— Клыки выбью, даже не думай в эту сторону — лениво сообщил Люшер.
Я с ним согласилась. И хвост оторву. Уж чьей доброте я не поверю ни при каких обстоятельствах, так это змеиной. Форос никого в грош не ставит, с таким лучше не враждовать, но и дружить нельзя. Односторонняя дружба получится. И что за противоречия? То я не достаточно мясистая, а то можно и попробовать. Прямо глаз от злости задергался.
Некоторое время примархи полушутливо-полусерьезно препирались. Воспользовавшись шумом, я осторожно отходила и уже все тише слышала последние фразы.
— Думаю, Змей, ты заблуждаешься насчет простака и милого мальчика. Не так просто у тигров статус наследника годами держать. Твой прямой приказ у лестницы он проигнорировал. И ты заметил, в каких условиях произошел оборот, когда…
Я медленно, очень осторожно прикрыла дверь своего купе. Сплетники. Своей жизни нет, другим кости перемывают. Хотя насчет моей излишней энергичности Люшер прав, пора остановить все эти глупости, привычку везде лезть.
Все, решено. Я стану самой идеальной девушкой в отношениях, усердной студенткой.
Эпилог 2
Распахнулась и тут же захлопнулась резная дорогая дверь, отсекая звуки музыки и шум от многочисленных гостей. Худощавый мужчина, одетый в приталенный, расшитый серебром сюртук, дернул на себя белокурую красотку, почти выворачивая тонкую, звенящую браслетами руку.
— Что вы…
— Молчи.
И он жестко поцеловал растерянно приоткрытые розовые губы. Девушка напряглась и тут же обмякла. Она прекрасно знала зачем выходила из зала, но не ожидала, что все произойдет без флирта и приличествующих прилюдий.
Мужчина оказался знатоком по-настоящему жгучих поцелуев. Сначала только губы, плотно, жаляще, захватывающе. Потом в девичий рот ворвался язык, остро лизнул и затрепетал, вызывая невольный тихий охнувший звук. Поцелуй усилился, забирая мысли, воздух, осторожность, кружа голову. Горячая мужская рука сползла с талии на ягодицу и смяла тяжелый шелк.