Несмотря на ранее утро, некоторые лавки работают, покупаю по дороге газету и посыпанный корицей пирожок, который тут же, балансируя при дорожной тряске, съедаю.
В офис не захожу, сегодня мы едем прямо «со сранья» на Изнанку, Игорь сказал, что инженер, наконец-то, составил последовательность работ и берётся начать налаживать добычу макров.
* * *Что такое «день не задался с утра»?
Дед Макар привычно невозмутимо дремал на своём посту и, как говорят в таких случаях — «ничего не предвещало».
Однако уже через двадцать минут пути я узнал, что на Макарьевской Изнанке, и не абстрактно где-то в ней, а буквально перед входом на Филиновский прииск, то есть, мать его, мой — стояли два полицейских «автозака», одна легковая машина опергруппы и копошилась дюжина правоохранителей.
Когда прииск мой, китайцы на ней — тоже мои, сделать вид, что я не имею к этой истории отношения — никак не получится.
Автозак, то есть нечто вроде грузовика или автобуса для перевозки задержанных или заключённых — не появляется просто так, тому должна быть причина.
После процедур обысков и допросов китайцев я, кажется, знал уже всех следователей и дознавателей. Перед прииском стоял и курил один из уже немного знакомых мне дознаватель. Я стал перед ним и демонстративно упёр кулаки в бока и вопросительно дёрнул подбородком.
Тот зыркнул на меня и пробурчал.
— А что я? Я ничего. Это прокуратура.
Переварил сказанное.
— Запрос? Поручение?
— Поручение. — дознаватель перехватил папиросу поудобнее, и достал из папочки документ, который касался моего прииска.
Бегло пробежавшись глазами по поручению на проведение следственных действий, без удивления обнаружил в графе должность и подпись — помощник прокурора Бакланов. Поручение на массовый арест и обыск выдано в связи с делом Хомякова.
Я хмуро кивнул.
Ясен красен, дело Хомякова притянуто за уши, я же прииск купил сильно позже его ареста, но доказать это стоя в грязи на Изнанке, рядом с дознавателем, который, по сути — инструмент в руках прокуратуры, не реально.
Что делать, принимаем как данность. Приказ простой, всех арестовать, всё перерыть. Правда, конкретно меня, как адвоката, можно арестовать только если обнаружить что-то действительно противоправное, всё же у меня особый статус.
Вот что такое день не задался с утра.
Всех моих работников, в том числе и Чена — организованно паковали в автозаки. Китайцы традиционно не сопротивлялись, и я был этому рад, народные волнения и применение силы мне были здесь ни к чему.