— У Зураба есть судимость?
— Две, а что?
— Сейчас покажу, что меня как бы это выразиться… смущает.
Без раздумий ткнул пальцем в правого мужичка, ему ближе идти до дверей.
— Вы, голубчик, подождите в коридоре. Отойдите и не подслушивайте. А Вы останьтесь.
Второй остался, проводив товарища взглядом. Когда дверь закрылась, я стал к «свидетелю» спиной и принялся неторопливо задавать вопросы, давая время ответить, но сами ответы не запоминал и не записывал.
— Куда вы поехали? Какое было число и месяц? Который час? Откуда выезжали? Тип экипажа? Как звали лошадь? Какой масти? Кто сидел на поводьях? Какая была погода? Во сколько прибыли к порталу? Кто был в здании портала? Заходили вместе со вторым? Кто шёл первым? Во сколько дошли до дома Стрижова? По какой причине вообще поехали? Как был одет Стрижов? Какая прическа? Цвет волос? Сколько пробыли там? В дом заходили? Что вы там вместе делали? Во сколько уехали? Сколько тварей напало? Сколько метров до вас? Как они выглядели? Почему вы ушли? Почему не напали на вас? Вы были вооружены? Чем? На Изнанке вас кто-то сопровождал? Фамилия? Вы доложили хозяйке об инциденте? Кто конкретно докладывал? В каких выражениях, вспомните?
Кукушкина водила головой то на меня, то на него.
— Теперь молчите. Нет, пересядьте туда и повернитесь в сторону.
Я пригласил второго, усадил и принялся задавать ему те же вопросы, пусть и в произвольном порядке.
По мере того, как он тоже отвечал, лицо Кукушкиной вытягивалось.
— Голубчики мои. Вы очень помогли, нам бы теперь с хозяйкой переговорить, наедине, хорошо? Спасибо.
Мужики просветлели лицами и ушли, довольные тем, что вроде как «помогли».
— Они надежные люди и не судимые оба, как ты и просил.
— Да это-то как раз ладно, переодеть можно, причесать, — я сел напротив и пристально посмотрел ей в глаза. Мадам Кукушкина было откровенно красивой.
— Врать тоже надо уметь, — вздохнул я. — Вы видите, что они, как говорили в одной… не важно где: крутил барабан и не угадал ни одной буквы? Ну, то есть, они твёрдо стоят на своём, молодцы. Но по деталям видно, что они оба врут, как сивые мерины. Ещё и по-разному врут.
— Мы можем согласовать их легенду… Проработать, они запомнят.