— Угу… — ещё одна пометка.
— На третью ночь после обыска меня разбудила охранная магия дома.
— Кто-то залез? — встрепенулась девушка.
— Да. Их было трое. Двое сумели спастись, а третий застрял в печати охранки.
Маг замолчал. Кира, конспектирующая его показания, поторопила:
— Вы его поймали, как гоблинов? Сдали стражам?"
"— Нет… — ответил он после некоторой паузы.
— А что с ним стало?
— Вам лучше самой посмотреть…
Кира послушно встала и двинулась за призраком. Тот направился в кухню, а там птичкой вспорхнул к узенькой лестнице, ведущей на чердак.
Девушка шла следом, не торопясь и придерживая длинные юбки: что бы там ни было, оно подождет, а вот мелкие детали и подробности, которые она вытянула из репортера, нужно тщательно уложить в голове.
— Скажите, — поинтересовалась иномирянка, пока маг открывал чердачный люк, — вы же не только драконов подозреваете, верно? Эльфы и дриады тоже подходят на роль конкурентов. К тому же вы сами сказали, что перстень мог перехватить только более сильный маг, чем вы.
— В Новой Башне? — хмыкнул Рильон. — Штук двадцать, не меньше. Половина городского совета и вся верхушка Академии. Я ведь даже до декана не дорос, так, всего лишь преподаватель.
Кира задумалась.
Сузить круг подозреваемых не вышло. Он стал только шире. Судя по остаткам ящиков с пузырьками в лаборатории, профессор кому-то перешел дорогу. А ведь есть ещё оборотни, получающие налоги со всех продаж, идущих на их земле.
— Вы продавали зелья нагам? — спросила она, протискиваясь в узкий люк.
Призрак пробурчал что-то себе под нос, потом уже громче ответил:
— Только гнезду Владыки. Его жены щедро платили за самые редкие зелья. Но требовали штучный товар и обязательно в дорогой эксклюзивной упаковке. Пришлось даже с ювелиром договор заключить на поставку золотых флаконов с самоцветными пробками.
— А ювелир дракон или эльф?
— Гном. Потомственный ювелир с известным именем. Бертольд Кугхенбрайн. Он на каждом изделии ставит свою печать, это увеличивает стоимость самого простого флакончика вдвое.
— Значит, и гномы! Ох, и крутой замес получается! — принялась вслух размышлять девушка. — Выходит, что одной половине жителей Новой Башни ваше исчезновение на руку, второй половине — нет.