— Мне показалось, или ты посмел меня ревновать?
— Вам показалось, госпожа, — смиренно ответил врунишка, бросив быстрый пронзительный взгляд на свою госпожу, и тут же снова изобразив готовность понести ""заслуженное"" наказание.
— Хорошо, потому что в ближайшие дни я буду немного занята, — сообщила девушка, решив немного прояснить ситуацию, чтобы любимчик не изводил себя напрасно. — Эта десятка — под большим вопросом, я хочу протестировать их сама.
— Этих? — скривился и чуть повысил голос Айк, и тут же спохватился: — Простите, госпожа…
— Ты верно услышал, — усмехнулась Кэйт, потрепав раба по скуле, под которой перекатывались желваки.
— Да, госпожа, — парень просто процедил положенный ответ, даже не постаравшись изобразить на лице покорность.
— А в качестве компенсации твоей моральной травмы, мой хороший, я объявила на тебя мораторий.
— Правда? — Айк с надеждой и облегчением посмотрел на госпожу.
— Разве ты сомневаешься в моих словах? — вопросительно вздернула бровь Кэйт.
— Ни в коем случае, госпожа. Простите!
— Умничка, — девушка не удержалась от соблазна провести ногтями по напрягшимся кубикам пресса почти до самой темной дорожки жестких волосков, ""ныряющих"" под свободные широкие штаны с очень низкой посадкой.
Айкейнури шумно втянул воздух, проследив взглядом за тремя набухшими полосками потревоженной до крови кожи. Но это было все, чем он позволил выдать свое желание отправиться за госпожой в ее комнату немедленно.
""Неудачников"" он почти ненавидел — именно из-за них Кэйтариона отлучала его еще на несколько дней… Зачем ей вообще кого-то проверять самолично?!
Парень бешено ревновал.