Потом опомнился, взгляд в землю опустил.
— Сабины на тебя нет!
— Это уж точно, госпожа. Жду не дождусь, когда к вам этот хваленый учитель приедет и буду тогда служить на ваших занятиях учебным пособием. Меня можно каждый вечер наказывать и всегда найдется за что. Так как насчет пополнения гарема?
— Что-то мне тут никто не понравился. Надо будет на твоих братьев посмотреть, может меня только родственники возбуждают?
Непочтительно фыркнув, Эйнри пошел выкупать ключи от цепей выбранных рабов. Пятеро совершенно разных внешне, но с одинаково покорным взглядом.
— И как мы их доставим домой? В карету такая толпа не влезет же…
— Госпожа, они побегут пешком, следом. Но нам еще надо посетить бордель. Вы же не будете со мной туда заходить, правда? — и, грустно вздохнув: — Понял. Будете.
Бордель чем-то неуловимым напоминал рынок, только рабы были не пристегнуты к стене, а сидели на полу в большой зале. Эйнри не стал бродить и осматривать всех подряд, а сразу позвал одного из охранников и попросил выстроить для просмотра тех, кто сидит на вейжэ уже больше месяца, но еще не полный утиль.
— Стержневое мясо на вечеринку?
— Да."
"Таких было человек двадцать. Эйн приказал всем раздеться и был очень удивлен, когда один из рабов не просто кинул одежду в общую свалку, а аккуратно сложил отдельно. Айрин тоже обратила внимание на этого мальчика. Фигурой он напоминал брата, правда была в нем еще какая-то мальчишеская хрупкость. Нет, мышцы у него были. Но это была фигура гимнаста, танцора. И все движения у него были завораживающе плавными, отточенно-красивыми.
— Нет, ты одевайся и отойди.
— Почему?! Почему, пожалуйста! Выбери меня, я умею танцевать, женщинам мои танцы очень нравились, но и для мужчин я тоже могу…
— Ты сам все понимаешь.
— Пожалуйста!!! Я закончил Джордан в прошлом году и весь год ублажал троих старших в гареме. Меня надолго хватает, правда! Я обученный, а не просто подстилка!
В голосе мальчишки зазвучали слезы. Он упал перед Эйнри на колени и уткнулся лицом ему в ноги.
— Пожалуйста, забери меня отсюда, умоляю! Я все-все для тебя делать буду.
Мальчик поднял лицо, в глазах стояли слезы, но заплакать по-настоящему он не посмел. Встав с колен, посмотрел на Айрин, увидел жалость в ее взгляде, покраснел, отвернулся и пошел к своей одежде.
— Эйнри, давай заберем его отсюда?
— У нас будут проблемы с Хозяйкой Сабиной, госпожа.
— Ну мы ей скажем, что это было мой каприз, я же имею право на капризы?
— Имеете, госпожа.