Правда со сломанным каблуком, порванным платьем и птичьем гнездом на голове проделать это было довольно сложно.
— Тля-а! — высказалась ей вслед Кэйтайриона, достойная жена своего мужа.
Эйнри не удержался и поцеловал воинственную девушку в плечо. Потом подмигнул сестре, которая тоже метала вслед младшей Ийссайхайрт зеленые молнии, и кивнул в сторону выхода, состроив умоляюще-просительную моську.
Айрин выдохнула, расправила платье и пошагала в сторону двери, а все остальные быстро двинулись за ней.
Но в коридоре девушки столкнулись со Старшей и Младшей госпожами Первого Дома, как раз направляющимися в сторону всеобщего веселья.
— Вайнгойрт? Маргойлин? Что же вы так рано нас покидаете? Еще даже не выставили угощение… — голос Старшей госпожи сочился ядом и медом одновременно.
— Простите, Первая госпожа Венги, но мы лучше поедим дома, неожиданно столько дел появилось… К тому же у меня там маленькие дети…
— У тебя — да, дорогая, но у твоей подруги детей нет… Пусть хоть она останется с нами?
Младшая госпожа под шумок добралась до тела Дэйниша и, нежно проведя коготочками ему по бедрам, тихо прошептала: ""Мы с тобой тогда не доиграли, помнишь? Может, сейчас ты будешь посговорчивее?"".
— Вообще-то он по-прежнему чужой муж, госпожа, — преданно улыбнулся юной наследнице Эйн. Та строго посмотрела на обнаглевшего раба, посмевшего заговорить с ней без разрешения, но Эйнри был сама покорность, и, к тому же, он был абсолютно прав.
— Понимаете, Первая госпожа, нам с Кэйтайрионой очень сложно наслаждаться вечером, когда приходится постоянно следить за своей собственностью. Это же неправильно, когда каждая проходящая рядом женщина считает возможным вырвать наших рабов прямо у нас из рук, в буквальном смысле этого слова!
— Возможно, дорогая, это какое-то новое веяние. В Совете в основном женщины моего возраста и у нас всегда было принято делиться игрушками, — теперь в голосе Старшей госпожи яд явно начинал побеждать мед.
Айрин беспомощно оглянулась на подругу, та растерянно пожала плечами. Очень хотелось домой.
Первая госпожа Венги решила наконец сжалиться, но напоследок отыграться по полной:
— Я слышала, дорогая, ты вчера устраивала у себя прием? Меня очень расстроило, что ты постеснялась пригласить Первый Дом на этот вечер, где были почти все члены Совета.