Мы оба это знаем… нас с детства этому обучают… Я помогу тебе, Шайнэ…
Прижмусь приоткрытыми губами… вот так… лизну твердую бусинку, вберу губами, посасывая…
Да, милый… я чувствую, как ты расслабляешь напряженные мышцы, теперь очередь второй горошинки…
Чуть-чуть прикусить… снова напрягся… и сразу же поцеловать, зализывая несуществующий след от зубов… расслабься…
Совсем не больно, это просто игра…
Не все умеют играть по правилам, не все получают удовольствие без запаха страха, примешивающегося к возбуждению и терпкому мускусному запаху похоти… Но ты же сам помогал мне понять простую истину — когда нет стыда и страха, можно сойти с ума от удовольствия, а почему нет?
— Ну вот… мой хороший, теперь считай…
— Один…
Удивлен… ладно не буду дразнить.
— Два…
Страшно… ну и достаточно…
Шайн сглотнул, по лицу парня пробежала тень, ощущение чужого присутствия почему-то воспринялось с обидой и облегчением. Радоваться или огорчаться?
— Не бойся, без лубриканта не трону…"
"— Я могу потерпеть…
— Ты уверен?
— Да, госпожа…
Не сегодня, мой хороший…
Кэйт обернулась, взяла открытый тюбик с кровати, быстро выдавила на пальцы.
— Продолжим? Ты готов?
— Да, госпожа.
— Считай…
— Два…
— Дыши ровнее, не нервничай, я остановлюсь… — Кэйт прижалась щекой к груди парня. — Можешь опустить руки. Лучше обними меня.
— Три… Четыре, госпожа, — поправился раб, напрягаясь…
— Достаточно, выдыхай… — шепнула Кэйт, больше не делая попыток вторгнуться, только лишь лаская и растягивая скользкий от смазки вход…
Шайн охнул, и Кэйт тут же почувствовала, что ей в живот упирается его начавший оживать член.
Ну вот, по крайней мере, один этап преодолели…
— Я не против, если ты для меня кончишь, Шайн.
— Благодарю, госпожа…
— Я хочу поучаствовать, а ты уже можешь сосредоточиться на своих ощущениях…
""А я — на своих"", — мысленно добавила Кэйт, прикрывая глаза. Девушка прижалась всем телом, нежась в сильных объятиях своего мужчины, дыхание которого снова сбилось, потому что она добралась до той точки, стимулируя простату, прикосновения к которой вызывали у раба судорожные всхлипы… Правда, ему уже было не до эстетической подоплеки своего состояния…
— Радость моя, ты как? — спросила Кэйт, погладив Шайна по спине, стирая выступившую испарину и озабоченно заглядывая в лицо мужчины, который все еще стоял, слегка покачиваясь, с закрытыми глазами.
— Гораздо лучше, благодарю вас, моя госпожа, — Шайн разлепил веки.
Он казался удивительно серьезным, и Кэйт нахмурилась.