Общественное мнение было традиционно венговским — а к чему это зверикам общаться с себе подобными в чужих гаремах?
Однако, ломая привычные стереотипы, подруги пришли к выводу, что от подобного проявления лояльности все-таки больше плюсов, чем минусов, особенно в связи с тем, что теперь они были ""в одной лодке"", вызвав к себе более пристальное внимание Старшей госпожи Первого Дома, вынудившей их готовить вечеринки для будущих советов…
В глазах парня появилась привычная теплота, и, конечно же, он сразу вернул ей улыбку, понимающе поддержав:
— А разве с вами можно иначе?
— Я у тебя неправильная Богиня, Шайнэ?
— Нет, моя госпожа, просто…
— Только не говори, что я еще ребенок! — сдвинула брови Кэйт, представила, как комично это выглядит со стороны — еще только ножкой топнуть осталось — и рассмеялась.
— Нет, моя госпожа — вы самая очаровательная и прекрасная женщина на свете…
Вот ведь… ""И ни капли фальши в его словах, — растаяла девушка, — Он искренне верит в то, что говорит"". И почему-то сразу захотелось доказать, что он прав, и чтобы даже не вздумал сомневаться.
* * *Как-то незаметно, в процессе балансирования между худым миром и доброй ссорой, подошло время обеда, после которого девушка предложила совершить небольшую прогулку. Как следует утеплившись, Шайн и Кэйт немного побродили по окрестностям, иногда просто болтая ни о чем, иногда играя в догонялки и весело дурачась. Наконец, замерзнув, вернулись домой, и уселись пить горячий чай на травах.
Контраст между свежим морозным воздухом и теплым уютом дома приятной истомой разливался внутри, расслабляя и убаюкивая.
— Шайнэ? — тихо спросила Кэйт, заметив его затуманившийся взгляд. — Ты о чем думаешь?
Парень смущенно опустил глаза и помотал головой: ""Это не стоит вашего внимания"".
Кэйтайриона задумчиво взглянула на него, встала, ненадолго вышла из комнаты, потом вернулась и, загадочно улыбнувшись, продолжила чаепитие.
А через некоторое время, когда Шайнэйлиер попытался перебраться поближе и, обнаглев окончательно, выпросить еще одну порцию ласки, в качестве компенсации за то время, пока ему приходилось ждать ""своей очереди"", девушка, раскусив его маневр, погрозила пальчиком.
— Шайн, пришло время очередного урока, раздевайся, — голосом строгой учительницы произнесла она.
Внутри парня все сладко заныло.