— Так, вы что ругаться сейчас будете? — голосом капризной девочки, которой срывают всю игру незапланированными мелочами, спросила Кэйт.
Айк посмотрел еще раз на виновато закусившего губу Никки, вспомнил тот день, и, особенно утро следующего, заплаканного Ягодку, поившего его каким-то отваром, помогающего ему одеться, провожающего его до кареты… И все это время знавшего, что его госпожа развлекается совсем не венговскими забавами, но ничего ему об этом не сказавшего… Пожалевшего его разум, пережившего все это внутри себя… Как же он удачно тогда проявил альтруизм и спас это сладкое чудо от посягательств остальных парней!
— Нет, госпожа, мы потом поболтаем… Ругаться не будем, — ободряюще улыбнулся Айкейнури своему Ягодке и тот сразу же расцвел.
— Ну вот и отлично, а то я запереживала прямо… Так вот, когда Никки меня учил на Шайне, он делал это… Без души. Мне кажется, на тебе он покажет все более правильно.
Нет, женским вуайризмом на Венге никого не удивить, этим многие госпожи любят развлекаться.
— Вы намеков совсем не понимаете, да? — обиженно надула губки Кэйт.
Никки выдохнув, подполз на коленях к вставшему Айку, чуть спустил с него штаны, чтобы достать подопытный образец, и, облизнувшись, приступил к наглядной демонстрации. Опыт подобных уроков у него уже был, поэтому сильного смущения парень не испытывал. Тем более сегодня ему не надо было переживать за своего Верхнего, а наоборот, соскучившись за неделю, он получил возможность вновь доставить своему старшему удовольствие.
— Так, остановись! — приказ Кэйтайрионы дошел до Никки с запозданием на несколько секунд, но все равно до того, как используемый для обучения экспонат кончил, став на какое-то время непригодным, — теперь ты будешь смотреть и проверять, чтобы я все делала правильно.
У Айка чуть все не упало, Никки поперхнулся и закашлялся.