— Давай, соси, ссучонок, если не хочешь, чтобы я залепил в этот кусок мяса ногой. Ботинки то у меня с железным носом, как у госпожи, так что пару ребер сломаю…
— Госпожа тебя за это накажет!
— Нет, если я пугану твоего принца, что отзеркалю удар по твоим ребрам. Он будет терпеть и делать вид что с ним все распрекрасно, а терпеть боль он умеет хорошо, уж я то знаю… Госпожа часто при мне с ним играла.
— Сссука!!
— Я тебя предупредил! — обжигающий холодок около ребер, кончики ботинок этого гада поглаживают бок…
Звук расстегиваемой молнии… Тойшийнэ, ласточка моя…
— Что здесь происходит?! Нам через полчаса выходить, а у вас тут разврат полным ходом?
— Простите, госпожа… Отвали, щенок! — и звук пощечины… Тойшийнэ? Он ударил Тойшу?! Тело подло не реагирует ни на одну команду, даже пальцем пошевелить не удается…
Его берут, как мешок перекидывают вниз головой и куда-то несут.
А он так любил смотреть из окна, как сначала появляется краешек самого маленького из солнц, самое любопытное. Потом, как будто они склеенные, появлялось первое из больших, и, когда оба, старшее и младшее, уже показались целиком, через несколько минут появлялось солнце-госпожа. Оно чуть отличалось оттенком, и двигалось в небе немного по иной орбите…
Не видать ему больше этого чуда из окна… Но может во Дворце Матери Всего Сущего тоже будет видно эту красоту?
17 мойиэля 328 года.
На этом Совете должны были обсуждать очередные демократические веяния. Основной спор разгорелся из-за предложения Клаусийлии разрешить вывоз мужчин на другие планеты. Не всех, только наиболее преданных из достигших тридцатилетнего возраста и мужей, сопровождающих своих жен.
Мийрийнива переглянулась с Вейтийланой, и обе поняли — время пришло.