Айвири. Дилогия (СИ)

Лишь у самых дверей задержалась на мгновение. Спину жёг серый взгляд и противиться я не могла. Обернулась, прочитав неприкрытое обещание в глубине глаз, дёрнула плечиком и быстро отвернулась, выйдя с террасы.

— Спасибо, — произнесла я спустя минуту, когда мы прошли по длинному коридору, свернули за угол и вдруг остановились у одной из дверей.

— Я сделала это не для тебя, — отозвалась мачеха раздраженно. — Заходи.

— Сюда?

— Да. Быстрее же. Времени мало.

Я вошла внутрь и огляделась.

Обычная комната, мебель, пара стеллажей и никого.

— Зачем мы здесь? — спросила я, оборачиваясь к мачехе.

Та, пошатываясь, подошла к столику, на котором стоял графин с водой, и налила себе стакан, который тут же выпила до дна.

Шумно вздохнула, опираясь ладонями о столик и только потом взглянула на меня зло, исподлобья.

— Ненавижу тебя, — прошептала женщина едва слышно. — Как же сильно я тебя ненавижу.

Новостью для меня это не стало. Я всегда чувствовала её отношение к себе. С самого рождения, просто до этого момента мачеха никогда не произносила этого вслух.

А тут вдруг решилась. Почему интересно?

— Я знаю, — ответила спокойно.

— Всегда ненавидела. И мне не стыдно за свои чувства, — добавила она, выпрямляясь и буквально испепеляя меня взглядом. — Как похожа на неё… Не только внешне… жесты, улыбка… жертвенный характер. Проклятый жертвенный характер. Если бы ты знала, как противна твоя правильность, всепрощение и идеальность.

А вот на это мне даже ответить нечего было.

Вот тебе и результат.

Старалась быть тихой и незаметной, молчала, выгораживала и от этого виновата еще больше. Хотя, наверное, что бы я ни делала, результат был бы один и тот же. Я раздражала их сама по себе, тем, что дышала с ними одним воздухом.

— Даже с этой меткой ты продолжаешь отравлять мне жизнь, — буквально выплюнула она и всё той же нетвёрдой походкой подошла к креслу, тяжело опускаясь в него.

— Это решение отца, — зачем-то отозвалась я, следя за ней настороженным взглядом.

Зачем женщина привела меня сюда? Какими еще откровениями хочет поделиться.

— О да. Князь умеет добиваться своего. Даже нашёл рычаги к настоятельнице, которая позволила приезжать сюда. А сегодня из-за тебя моя дочь прошла через унижение.

Я не стала ей говорить, что Айва отчасти сама виновата в том, что произошло. Венок матушки брать не стоило. Всему есть границы, и она их переступила.

— Ей никогда не забудут и не простят этого.

— Я не хотела, чтобы всё так получилось.