Он обнял, поцеловав меня в макушку – а ведь ему удобно, потому что принц выше меня почти на голову!
- Вы можете идти, леди Риблин! – заявил он распорядительнице. – Я хорошенько за ней присмотрю и верну вам через…
- Ровно через пятнадцать минут, Ваше Высочество! – строгим голосом заявила ему леди Риблин.
- Слушаюсь и повинуюсь! – шутливо отозвался принц.
Наконец, мы остались одни, и Айдар провел меня в беседку. Усадил на расписные шелковые подушки, лежащие на скамье. Предложил угощение – нарезанные дольками фрукты, маленькие бисквитные корзиночки с кремом и еще какие-то незнакомые мне сладости.
Айдар же сел напротив, смотрел на меня пристально."
"- Не могу налюбоваться, – пояснил в ответ на мой удивленный взгляд. – Какая же ты все-таки красивая!
И мне стало крайне приятно. Настолько, что, подозреваю, я снова покраснела. Непроизвольно потянулась к лицу, дотронувшись до вспыхнувших жаром щек.
А вот этот подарок принцу совсем не понравился. Но он промолчал.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил у меня. – Выспалась? Не тревожили тебя кошмары?
- Нет, – покачала головой. – Кошмары меня никогда не тревожат. Живые куда страшнее тех, с кем можно столкнуться в мире сновидений. Значит, во всем виноваты Боттены и «Карающая Длань»?
- Лорд Генри Боттен, – в голосе Айдара послышалось отвращение, – давно уже отличался крайне радикальными взглядами на… некоторые вопросы.
- Он ненавидит Темных, – любезно подсказала я принцу. – Называйте уже все своими именами, Ваше Высочество!
- Можно и так сказать! – усмехнулся принц. – Впрочем, лорд Боттен всегда был довольно осторожен и умел держать язык за зубами. Но ровно до тех пор, пока не допустил роковую ошибку.
- Он решил помочь своей идиотке-дочери немного продвинуться в Отборе, убрав с ее пути нескольких конкуренток, не так ли?
Принц кивнул.
- Ты снова угадала, Лиррит! Но сейчас он уже в цитадели, дает показания. Утверждает, что искренне раскаивается в содеянном, и надеется на помилование. Он все нам рассказал, и я знаю, кто крыса… Кого он подкупил, чтобы добраться до острова.
Оказалось, к заговору был причастен один из устроителей Отбора. Айдар назвал мне его имя, которое, впрочем, ничего мне не говорило.