Толстенные бревна в три человеческих роста заострены сверху и усилены охранными заклинаниями третьей степени поражения. Если вы не знаете, при первой степени лезущий через забор может отделаться синяками и царапинами. Вторая степень вызывает растяжения и переломы. Третья степень бьет насмерть.
И вот сейчас, прямо на моих глазах, через забор, лез отчаянный тип с мешком наперевес. И вовсе не спешил убиваться насмерть. Перекинув через частокол вторую ногу, он бросил на траву мешок, а затем спрыгнул сам. Прямо ко мне под ноги.
— Привет, Адуся. А я вот тут… гуляю, — в мешке, который он поднял, что-то хрумкнуло. Видя, что я уходить не спешу, огляделся по сторонам, а потом с размаху пнул в основание частокола. От столба сыпануло искрами, и воздух привычно загудел от защитного заклинания. Собаки на той стороне, судя по удаляющемуся лаю, бросились прочь.
— Ты же меня не выдашь? — спросил он.
— А в мешке что?
Выдавать старого приятеля я, конечно, не собиралась.
Тот развязал веревку.
— Вот, капустки нарвал.
Душевный у нас конюх, жалостливый. Лошадей любит, да и к людям неплохо относится. На том и подружились.
Парнишка прибился к нам три года назад, взявшись непонятно откуда. Имени своего не помнил. Где жил, что делал — тоже, Твердил, что он ректор, которого ведьма заколдовала. И теперь ему надо найти себе невесту, потому что только женитьба на адептке магической академии вернет все как было.
Ну сами посудите, какой из него ректор? Круглое конопатое лицо, светлые наивные глаза, волосы торчат в разные стороны. И сам маленький, худенький.
Ректору Моръ жалко стало беднягу, идти-то ему некуда. Вот и попал он на конюшню, там как раз работник требовался. Так и прижился.
В начале его так и звали — Проклятый ректор. Надо же было как-то называть. Затем сократили до Ректора, но это было как-то не очень, учитывая госпожу Моръ.
Ну как звать… Большим количеством подруг он не обзавелся — все-таки не ровня. Так что звали его нечасто. Бриллиантовые и вовсе от него носы воротили. Золотые, глядя на них, тоже. Серебряные смотрели на золотых. И только наши запаснушки нет-нет да и заглядывали. А когда в этом году появился стальной факультет, полный отборных красавцев, про Река и вовсе вспоминать перестали. Так что нашей с ним дружбе больше никто не угрожал.