— Это что за ужас!? — рассматривая развешенное на стульях тонкое белье, корсеты, разложенные на столе зеркальце, черепаховые гребни, духи, прошептал Дерек. — Зачем это все… мертвой?
— Это не мертвая, — тихо ответила Уна. — Это не просто мертвая. Это кукла. Разве вы не видите? Хельга играла ею, она ей играла! Наряжала в красивую одежду, примеряла новые наряды, серьги, украшения, красила лицо, заплетала волосы…
— Она не могла ею играть, — возразил Дерек. — Эта несчастная провела тут не один месяц. Это чья-то чужая игрушка, и если Хельга и касалась ее, то только потому, что хозяин разрешил… Это место… оно похоже… похоже…
— На что? — голос Дерека прозвучал резко.
— На логово Безумного Короля, — прошептал Демьен в ужасе. — На его шелковый кукольный домик.
— Безумного Короля? — переспросила Уна. В памяти ее всплыл рассказ Аргента и упоминания о многочисленных жертвах, которые были обнаружены после смерти монарха-некромага.
Демьен кивнул.
— Да, — тихо ответил он. — Злые языки поговаривают, что это он… любил тех, кого убивал. Сначала выпивал их дар до капли, а потом рыдал, стенал, тосковал по ушедшей. Устраивал каждой вот такую комнату и дарил подарки… мертвой… Неужто некромаги попросили у Вседвери вернуть его? И она удовлетворила их просьбу?!
— А это возможно? — удивилась Уна. Демьен кивнул:
— Возможно. Только и цену нужно заплатить немалую. Интересно, чем они пожертвовали, чтобы выудить его из омута прошлого?.
В ужасе выскочили все трое из странной и страшной комнаты и Демьен, уже не таясь, пинком вышиб другую дверь. За ней их ожидало почти все то же самое жуткое безумие, пугающее роскошью и смертью — красивые когда-то, но полуистлевшие, сгнившие вещи, заботливо разложенные по стульям, изящная мебель, потемневшая и заплесневевшая от сырости, шелковые обои на стенах, шпильки и бусы, рассыпанные на столе, и мертвое наряженное тело на постели.
Еще и еще двери; Уна сбилась со счету, перед глазами ее мелькали перекошенные, иссохшие лица, изуродованные смертью. И потому, когда за очередной раскрывшейся дверью в неярком свете свечей Уна увидела знакомое лицо — такое свежее, еще похожее на живое, — Дамы Игрейны, она не сдержала крик.
— Мертва, — выдохнул Демьен, расширенными от ужаса глазами рассматривая ту, которую еще вчера опасался сам магистр Аргент. — Неделю как минимум мертва.