И теперь Уна с содрогание подумала о том, а что скажет Аргент, если узнает, что один из ее братьев — некромаг?"
"Девушка представила, как н посмотрит на нее — гневно и отчасти брезгливо, — как отстранится, как гордо поднимется его голова… и как Аргент отвернется и уйдет, запахнувшись в свой шелестящий алмазный плащ, как отвернется от нее навсегда, оттолкнет…
— Дерек, не говори ему! — взмолилась девушка, рыдая. — Милый мой, не говори! Прошу тебя! Я не вынесу, если он возненавидит меня, я не перенесу!
Губы Дерека печально дрогнули, он заглянул в заплаканные глаза девушки и ласково отер ее слез.
— Конечно, не скажу, — произнес он. — Как ты могла такое подумать? Разве я могу — даже из желания вернуть тебя, — сделать тебе так больно? Нет. Не могу. Я буду молчать. Но и ты… — его голос стал тихим-тихим и почти жалобным, умоляющим, а кроткий взгляд Дерека — заискивающимся, каким не был никогда в жизни, — ты больше не укоряй меня за братьев. Я сделал все, что мог.
Нужно было как-то взять себя в руки.
Новость, поведанная ей Дереком, была чудовищна, ужасна, она встряхнула Уну, перевернула ее сознание и вывела из странного оцепенения, в котором девушка жила последнее время.
«Я плыла по течению, позволяя всем этим вещам — правильным и неправильным, хорошим и плохим, — совершаться со мной. Просто позволяла. Но сама не решала ничего, — мрачно думала Уна, быстро шагая к учебным комнатам. — С этого момента все надо взять в свои руки.
Дерек, едва поспевающий за решительно шагающей девушкой, был обеспокоен не на шутку.
— Что ты задумала? — спрашивал он, и Уна, погруженная в свои мрачные мысли, не сразу расслышала его вопрос.
— Демьен знает? — деловито поинтересовалась Уна, ни на миг не замедляя шага. Дерек рассеянно пожал плечами:
— Ну, откуда ж мне это знать, — ответил он. — Алый Король, конечно, мог его предупредить… в целях безопасности…
Уна от злости и стыда снова чуть не разревелась, но сумела взять себя в руки, сжала зубы и продолжила путь.