Он словно оставил отметку на ее коже, словно проткнул какой-то защитный кокон, и теперь, когда некромант, чьи когти ранили ее вчера, эта магическая рана вдруг открылась, и золотой дар заструился, позванивающими каплями поплыл в воздухе, как кровь из ранки растекается под водой.
Этого хватило, чтоб Демьен, не произнося ни звука, ухватил девушку и грубо впихнул ее в какую-то каменную нишу, закрывая собой, а пальцами прижимая сочащуюся золотом рану. Дерек бесшумно скользнул за ними, обхватил Уну с другой стороны, пытаясь собой закрыть ее золотое свечение, и под его пассом задвигались, загремели камни, давно обрушившиеся из кладки, и быстро выстроились в стену, отрезая испуганную троицу от внешнего мира.
— Что это?! Что это?! — взвыло снаружи, и все трое накрепко зажмурились, плотно прижавшись друг к другу, словно это могло спасти от чужих взглядов.
Дерек, приоткрыв один глаз, сквозь щелку в неплотно пригнанных камнях попытался рассмотреть, что происходит за кладкой, но мертвенный синий свет мазнул по стене, просочился сквозь щели, и юноша снова накрепко зажмурился, словно блеск его живых глаз мог выдать его.
— Нас кто-то подслушал, — голос, который не принадлежал Игрейне, да и вообще живому существу, казалось, полз змеей и сочился ядом сквозь стены. — Они где-то здесь, я слышу… я чувствую!"
"Сердце в груди Уны колотилось невероятно быстро, она мучительно закусывала губы, чтобы не закричать от ужаса, потому что ее дар, ее благословение оборачивалось проклятьем.
— Черт, — с отчаяньем прошептал принц одними губами.
— Я отвлеку их, — шепнул Дерек, — обрушу что-нибудь в глубине зала, а вы бегите.
— Снова геройствовать хочешь? — зло зашипел Демьен. — Если останешься жив, Аргент облепит тебя печатями с головы до ног, так, что ты станешь похож на черепаху! Что он сказал? Звать его, а не кидаться в бой! Ты щенок по сравнению с ними! Понял?
— Как я позову его? — огрызнулся Дерек.