Академия Блонвур

И дело было не в избавлении от страха, который внушал ему хозяин дома. За дни, проведённые вместе, Таубер почти привык к нему, они даже вели долгие беседы. Для потерявшего память год назад Шатроски обладал на удивление обширными познаниями. Впрочем, объяснение этой нестыковке нашлось – оказывается, выпивая разум своих жертв, он получал и их память.

Но теперь Таубер наконец услышал то, чего так ждал, на что так надеялся: если он доставит Вариссу в целости и сохранности к определённому месту в Вольном лесу – альтеранцы возьмут его с собой на свои земли.

Его провожатыми снова будут те двое виргов, с которыми он оставался в доме Шатроски.

Вообще Лонгаронель долго сомневался, стоит ли уводить Младшего в мир, в котором также творится Тень знает что. Быть может, для него это будет «из огня да в полымя». Он даже намекнул шанцийцу, что в их землях тоже отнюдь не всё гладко и хватает своих опасностей. Однако Таубер был абсолютно уверен, что хуже пьющих разум не может быть ничего.

Лонгаронель с ним согласен не был — вряд ли полное зомбирование лучше хоть чем-то, внешние проявления разнились, однако для жертвы результат был один — необратимая гибель личности.

Но в Бордгире, в отличие от Шанца, Младший всё же не будет беззащитен и сможет вести нормальную жизнь. Тогда как здесь, теперь будучи в курсе истинных причин дурной хвори, скорее всего, запрётся где-нибудь и станет избегать любого общения, а в итоге вообще заработает паранойю.

В девять вечера отряд остановился на привал.

До Диких гор оставалось рукой подать. Но прежде чем соваться туда, следовало досконально прояснить обстановку, а чтобы вампиры могли провести разведку, нужно дождаться темноты. Вирги сказали, что уже чуют присутствие людей — на расстоянии примерно полулиги. Людей много, но части ли это, участвующие в боях, или подкрепление на подходе — да кто ж их знает. Где проходила сейчас линия фронта, также не было известно. Когда тролли попали в плен, бои ещё велись в низовьях гор, но, может быть, сейчас их братьев уже добивали на вершинах.

Горный массив, кстати, не был ни большим, ни высоким, но, на удачу троллей, являлся почти неприступным ввиду крутизны и обрывистости внешних склонов. А представлял он собой некое подобие короны, только овальной формы, вытянутой с севера на юг. Прохожих троп было немного, проезжих всего две. В мирное время тролли жили в центральной долине, однако посты возле троп дежурили всегда.