И все мы жадно впитывали новую информацию: дом белых псов первым выступил на стороне Альваро, дом Монтега присоединился в последний момент. Если бы не буря, погибших было бы больше.
— Свет на темной половине изменил природное равновесие, — пояснил Ларг. — Температура повысилась, воздушные массы сдвинулись…
— И вот этот ботан завоевал твое пылкое сердце? — тихо промурлыкал Монтега, склонившись к Ронде.
— Он такой умный, — подтвердила она. — Правда, заводит?
Кей закатил глаза и отодвинулся.
— Поедем в Альваро немедля, — предложила я.
— Я должен увидеть все своими глазами, — хрипло сказал Бас.
— Я подброшу, — тут же предложил Алеф — ему самому хотелось убедиться, что родной город выстоял.
— Только загляните сперва в библиотеку, — посоветовала Фелиция, хитро улыбнувшись, и сердце в моей груди подпрыгнуло и забилось быстрее.
Я высвободила руку из ладони Бастиана и пошла вперед, а после, не удержавшись, сорвалась на бег, и вскоре в пустых коридорах академии чаросвет, вторя сердцу, гулко застучал топот моих ног.
Конечно, Расмус услышал грохот шагов задолго до моего появления и теперь ждал напротив двери. Он выглядел как всегда опрятно, но строгий пиджак болтался на нем как на вешалке. В волосах изрядно прибавилось седины, и две белые полосы по бокам головы стали шире. Черные очки скрывали выжженные глазницы, но Расмус все равно будто видел меня.
А я молчала как дура, не зная, что сказать. Только подошла еще ближе, остановившись на расстоянии шага.
Он ведь знает? Знает, что он — мой отец?
— Можно я потрогаю твое лицо? — тихо попросил Расмус.
Я кивнула, а после, сообразив, взяла его руку и понесла к щеке. Сухие пальцы легонько пробежались по моим скулам, обвели брови, нос, подбородок.
Расмус улыбнулся, и в моей груди словно разлилось теплое молоко.
— Ты похожа на Элию, — сказал он.
Не знаю, кто из нас сделал последний шаг, но я вдруг оказалась у него в объятиях, и сама сжимала его ничуть не слабее.
— Мэдерли, я не знал, — сбивчиво говорил он, гладя меня по волосам. — Я правда не знал! Если бы только… Дочка…
А я шмыгала носом и ревела, и левое плечо его пиджака стало совсем мокрым.
— Надеюсь, вы одобрите наш с Мэди брак, — донесся от двери голос Баса.