— Гвендолин Белла, — назвал он полным именем бытовичку, — объект нелюбви всего факультета практической некромантии и мужской части преподавательского состава. Поправка: её молодой составляющей.
Пухленькая дама густо покраснела и втянула голову в плечи. Ни для кого не было секретом, что бытовичка с энтузиазмом, достойным лучшего применения, пыталась наладить свою личную жизнь в академии. Ходили слухи, что она подливала приворотное зелье декану спецкурса и строила глазки декану Альсару.
"Тем не менее, Белла была первой, кто помог мне освоиться в академии и относилась ко мне с заботой и участием.
— Так вот, госпожа Белла, если я увижу на своём столе ещё хотя бы одну жалобу от адептов мужского пола на, скажем так, повышенное внимание с вашей стороны, пойдёте работать уборщицей в солдатские казармы.
С трудом сдерживая выступившие на глазах слёзы, бытовичка молча вернулась на своё место и спрятала лицо в ладонях. Хайден тем временем обратил свое внимание на декана боевого факультета.
— Аллен Альсар, шаг вперёд!
Ни один мускул не дрогнул на лице уверенного в себе боевого мага.
— Хайден, я не страдаю нарушением слуха. Говори, я услышу тебя и отсюда.
Не ожидав подобной дерзости в адрес моего бывшего жениха, я скосила глаза на господина Леона и увидела, как его губы дрогнули в попытке спрятать улыбку. Подражая интонации Альсара, он тут же отбил подачу:
— Оставь сарказм профессионалам. Почему только за первую неделю учебного года в больничном крыле побывали три четверти адептов боевого факультета? Напомнить, что прописано в Уставе?
— Можно подумать, ты сам его читал, — закатил глаза Альсар.
— Страница восемь, пункт двенадцать, подраздел один, — продекламировал новый ректор. — “В первую неделю обучения запрещены любые практические занятия, во время которых адепты могут получить физические повреждения.