Скрипя зубами от злости, я разжала пальцы и скользнула в объятья Хайдена, который бесстыже прижал меня к своей груди.
— Как ты здесь оказалась? — его губы оказались в опасной близости от моего уха. Я дёрнула плечом, желая увеличить расстояние между нами.
— Заблудилась. Тебе известно что это… Смотри! — голос сорвался на крик.
Груда книг зашевелилась и из-под нее неуклюже пытались выбраться адепты.
— Ладно, потом расскажешь, — Хайден схватил меня за руку и потащил за собой в коридор.
По пути я притормозила, подняв с пола дневник Алистера де Форнама: внутренний голос подсказывал мне, что он нам ещё пригодится.
— Ты запомнил дорогу обратно? — на бегу спросила я у ректора Леона.
— Нет, но внутреннее чутьё меня никогда не подводит.
Что ж, всё когда-то случается в первый раз. За ближайшим поворотом нас ожидал тупик. Хайден грязно выругался и повернул обратно, но путь назад был нам отрезан. Пришлось отступать, пятясь спиной к каменной преграде.
— Что нам делать? — испуганно спросила я, осторожно выглядывая из-за широкой спины бывшего жениха.
— Радость моя, хочешь, чтобы я покалечил вверенных мне детишек? Да меня их родители сожрут с потрохами, если узнают, что я поднял руку на их ненаглядное чадо. Должен быть другой способ.
Детишек? Чадо? Он точно спятил! Как можно в опасной ситуации быть столь невыносимым?
— Роза, отойди от меня на два шага и по моей команде беги изо всех сил! — за секунду Леон вновь превратился в сосредоточенного мага, готового к бою.
Взмах руки — и между нами и адептами встала невидимая стена. Они били по ней кулаками, царапали, один даже пнул с размаха ногой. Я была готова сорваться с места, не дожидаясь команды Хайдена, но внезапно стена пропала. Студенты устремились к нам, словно голодные твари, жаждущие человеческой плоти. Вид их стал еще ужаснее, чем был: кожа бледно-серая, взгляды бессмысленные, тяжелое, хриплое дыхание со свистом вырывалось из жаждущих нашей крови ртов.
— Дьявол, только не сейчас! — голос Леона был полон злости и отчаяния.
— Леон, что случилось? Ты же можешь их задержать! Сделай хоть что-нибудь, умоляю! — кричала я, стуча зубами от страха.
— Умоляешь? — Хайден мрачно рассмеялся.