Я видела решимость на лицах друзей: Эрт лопался от гордости за то, что теперь будет патрульным, Джаф тренировался с утра до ночи, Ник зубрил свои правила, Фирьен… Я обернулась, и увидела, как он летит к нам на всех парах.
– Угадайте что! – воскликнул Фирьен, подлетая ближе. – Там новенькие приехали!
– Кто? – нахмурился Ник, отрываясь от измятой бумажки.
– Личинок хаоса подвезли? – изумился Эрт.
– Там есть девушка, – выдохнул Фирьен.
– Да ладно! – Эрт с Ником вскочили как по команде, и они все втроем понеслись к главным воротам академии.
Мы с Мирандой обиженно переглянулись и тоже встали.
– Пойдем посмотрим, кого там нелегкая принесла, – проворчала она.
С новенькими мы столкнулись в парке. Я насчитала всего десять человек, включая девушку, которая была мне смутно знакома: золотистые волосы, голубые глаза, нахально задранный нос. Она тоже узнала меня и кивнула:
– Огненная магичка, которая сорвала мою церемонию.
– Одна из Тиберлонов, не помню как тебя зовут, – сказала я.
– Иветта, – представилась она и по-мужски протянула мне руку.
Я пожала маленькую, но крепкую ладонь. Близнецы Тиберлоны прошли мимо, поддерживая с двух сторон невысокую женщину, которая всхлипывала и качала головой. Ее я тоже помнила. Это она упала в обморок во дворце, а еще кричала на Родерика, требуя гарантий, что ее девочка выйдет из Лабиринта.
Я еще раз окинула взглядом десятерых, прибывших в Академию. После трагедии в Лабиринте император запретил запечатываться, но потом я убила его, и маги бросились спасать своих детей, наплевав на законы.
– Когда вы успели познакомиться? – бесцеремонно спросила Миранда.
– Помнишь, я ездила во дворец за мамой? – ответила я. – Там как раз определяли, есть ли в Иветте хаос.
– Разумеется, есть, – фыркнула Иветта. – И, конечно, я пойду в Лабиринт. Тиберлоны не бегут и не запечатываются, как трусы, – добавила громче вслед плачущей матери.
Та только махнула рукой, и братья повели ее в сторону академии.
– Похвально, – одобрил Эммет, невесть как оказавшийся за нами. – А я мастер воды. Смотри, какой посох!
Голубые глаза Иветты расширились, она протиснулась между нами к Эммету, а Миранда больно ткнула меня локтем в бок и прошептала на ухо:
– Скажи, что мне мерещится. Этого не может быть! Тамбурин!
Ровена Тиберлон в черном платье, но с неизменными золотыми лентами в многочисленных переплетенных косичках, шла прямиком к нам.