Ночной город, желто-оранжевые, точно ржавчина, отсветы фонарей, капелька воды чуть сбоку, превратившая фигуру одного из заснятых со спины людей в полуразмытое пятно, я вдалеке и еще кто-то в плаще на первом плане. В горле пересохло — если бы я сейчас заговорила, то не издала бы ничего, кроме хрипа. Сглотнула и потянулась к стакану с каким-то коктейлем. Горьковато-сладкая жидкость совсем не смутила меня, хотя это определенно был алкоголь.
— Откуда это у тебя?
— От моего отца.
— Что? Как это от твоего отца?
— Он нанял человека, что следит за всем моим окружением.
Надо же…
Мне стало не по себе. Волна озноба промчалась по всему телу — от груди до пальцев на ногах. Я, конечно, примерно представляла, что так и будет, но то, с каким опережением действовал глава рода Розенталей, определенно вызывало уважение и настораживало.
— Ты знаешь имя преступника? Кто?! — порывисто спросила, окончательно теряя спокойствие.
Но Розенталь лишь покачал головой:
— За ним проследили и довели до дома, но при проверке оказалось, что здание пустует. Видимо, преступник понял, что за ним следят. Человека, что этим занимался, больше волновали мы, поэтому он несколько халатно выполнил свою работу.
Я ощутила кислый привкус разочарования.
— Если этот снимок отдал тебе отец, значит, у нас проблемы?
— Нет, мне отдал его не отец. Но он появился у меня благодаря ему.
Мне хватило нескольких секунд, чтобы уловить суть.
— Ты подкупил следящего?
— Можно и так сказать, — подтвердил Розенталь.
— Значит, твой родитель до сих пор ничего…
— Нет, Ева, моего отца долго за нос не поводишь. Я надеялся, что он еще не скоро заинтересуется моими делами, но это произошло гораздо раньше. Он все знает. Именно поэтому дело переписано на Мартина, даже счет в банке на него открыт. Мне ничего не принадлежит.
Я сглотнула и вновь бросила взгляд на снимок.
Может, навестить Лизу в больнице? Мы незнакомы, но она могла что-то видеть. Надеюсь, она пришла в себя.
Пока я размышляла, вернулась официантка с десертом — круглым пирожным, напоминающим миниатюрный тортик.