Хотя оно круглое, как блюдце, и в случае нападения преследователь всегда может просто обежать его по берегу и подкараулить с другой стороны.
А я правда… Совсем не паниковала, хотя и не могла сказать, что мое душевое состояние было полностью в порядке. Возможно, стихия с самого начала давала мне сил.
— Я нашел папку с досье на тебя в кабинете учителя. — Розенталь на мгновение отвел взгляд. — У него на каждого прибывшего есть бумаги.
— Так ты ради меня обшарил кабинет ректора?"
"— Ну зачем так грубо? Я даже долго не искал, просто заглянул в один из шкафов.
А я поднялась на ноги, встав прямо перед ним и оказавшись почти лицом к лицу. Почти — потому что разница в росте не позволила. Моя ладонь легла на его грудь поверх рубашки. Не знаю, зачем я это сделала, само вышло. Кончики пальцев сразу закололи сотни мелких иголочек, разливая напряжение по всему телу. Во рту пересохло, а я, тяжело сглотнув и уперев взгляд в изгиб мужской шеи, произнесла:
— Я тоже поступала не очень разумно.
Он сжал мою руку, склонился к самому уху и хрипло прошептал:
— Ева, я кто угодно для тебя, но точно не просто друг. Я не способен ждать ответа на свои чувства, но я бы перестал тебя тревожить, если бы они не были взаимны. — Ладонь Александра скользнула выше, пальцы поддели мой подбородок, заставляя поднять глаза. — Мы оба не умеем доверять людям. Ни друг другу, ни остальным. Может, ты тоже скрываешь что-то важное, но даже не задумываешься об этом.
В этот миг я сразу вспомнила о порталах, и мой взгляд прыгнул в сторону. Очередная ошибка.
— А я, оказывается, не такой подлец… — легко усмехнулся Розенталь.
— Я никогда не называла тебя подлецом, — возразила я.
— Да, но, как ни странно, я все равно чувствую себя таковым, — выпрямляясь, задумчиво отозвался Александр. — Нам придется научиться по-настоящему полагаться друг на друга. Хотя бы попробовать. Постепенно, шаг за шагом.