Поэтому безропотно ожидали распределения на пары. Я думала, что меня поставят со Сьертом, но глубоко ошиблась. Когда учитель назвал мое имя и Тиарэтэ, сначала не поверила в такую удачу, но радость едва скрыла. Зато Сьерт скривился, ему достался говорливый Корхаш.
– У вас будет ровно пятнадцать минут, за это время вы должны успеть не только проникнуть сквозь щит, но и успеть записать его слабые места, – произнес магистр и велел начинать.
Я окинула магическим взглядом щит феи и чуть не вскрикнула от удивления: его практически не было! Тонкий, весь в узелках, словно его недавно снесли, а потом наспех восстановили из кусочков.
Так вот почему у феи приподнятое настроение! Она ничего не помнит! А у меня теперь загвоздка: как о происходящем рассказать магистру? Как открыть тайну взлома защиты? Я даже язык прикусила, спешно ища выход из положения.
– Проблемы? – раздался над ухом вкрадчивый голос преподавателя.
Я машинально кивнула, ощущая на себе его острый взгляд, а в голову словно щупальца проникли.
«Ее щит из кусков, но она уверена, что он силен. А вчера на нее было нападение, наши магистры успели вовремя, они же, видимо, и память подправили. А раскрывать данный факт, я думаю, нежелательно», – проговорила мысленно и получила кивок учителя.
– Достаточно. Вы обе хорошо поработали, на сегодня все, – остановил нас магистр.
– Но я так и не вскрыла щит Софи, – обиженно надулась фея. – У него нет слабых мест.
– Вы правы, – улыбнулся преподаватель. – А вот над своим вам стоит поработать. Вы обе отдыхайте, составляйте схему защиты. Остальные продолжают, у вас осталось семь минут. Я скоро буду.
Магистр исчез, предоставив нас самим себе. Я решила потренироваться на фее ставить блоки. Обернувшись к девушке, прошептала:
– Можно я попробую на тебе свою разработку?
– У меня такой плохой щит? – поджала она губы.
– В нем много слабых мест, – заметила уклончиво, чтобы не вызывать подозрений. – А в таких сильных щитах не должно быть ни единой прорехи.
– Правда? – Мгновенно воспрянув духом, Тиарэтэ махнула рукой. – Давай! – Ее настроение стало подниматься. – Только расскажешь, что станешь делать?
– Конечно, – обрадовалась я, погружаясь в записи.