В Академии пурпурной розы мисс Роджерс опасалась попадаться на глаза Лизетт — и напрасно, ведь легкомысленная бытовичка давно ее уже забыла. И все же озлобленная и беспринципная женщина решила оставить месть Лизетт «на сладкое», отложила ее на потом.
Но когда заговорщики узнали о Турнире семи замков и осознали, что скоро маги вот-вот возродят оставшиеся Замки роз, а тогда их могущество неимоверно возрастет, — поняли, что медлить больше нельзя.
Они жестоко, бездушно и подло решили ударить в самое слабое место.
Мисс Роджерс пришла в женскую башню далеко за полночь, открыв ее своими ключами. У нее хранилась большая связка ключей — от большинства комнат и залов Академии пурпурной розы, кроме спален учеников. И это был еще один факт, который навел меня на мысли о кастелянше — ведь мисс Роджерс уже пользовалась ключом от женской башни при мне, когда принесла в общую гостиную нашу самую первую форму, еще в начале обучения в Академии."
"А этой ночью… она тоже приходила в башню, чтобы принести форму.
Мэри-Энн, должно быть, слишком волновалась перед завтрашним испытанием, поэтому плохо спала. Услышала шум в общей гостиной, накинула халат и отправилась проверить, что там такое.
Ее удивило, что кастелянша раскладывает форму, держа ее осторожно в плотных перчатках.
Предложила девушке забрать свою форму сразу же, а когда та наклонилась к дивану, стукнула ее связкой ключей по голове. И только потом сообразила, что если оставить Мэри-Энн лежать в гостиной рядом с аккуратными стопочками новой одежды, кто-то умный наверняка свяжет это между собой.
Кастелянша была очень сильной от постоянного физического труда женщиной, да к тому же высокой, жилистой — она без труда унесла худенькую Мэри-Энн в ее спальню и уложила на кровать.