Пела ему колыбельные беззвучно. И он засыпал.
Из забытья меня вывел тяжелый вздох за спиной.
— Какая у меня все-таки жена непослушная. Никак не хочет сидеть, где ей велено.
Я подняла глаза, встретила его усталую улыбку. Сердце защемило таким счастьем, которое не отличить от боли. Ответила на улыбку дрожащими губами.
— Какой у меня муж… хлопотный. Одни расходы на одежду. Так никакого приданого моего не хватит.
Изможденный, чумазый с ног до головы, и конечно снова сжег все, в чем был. И одного заблудившегося сумасшедшего мага заодно.
Послышался грохот. Часть каменной короны Ирианара, которой я его украсила, обвалилась и покатилась по склону.
Я вскочила на ноги, чтобы броситься к мужу и обнять. Он предупредительно выставил вперед ладони.
— Не подходи! Кажется, я начал впитывать магию Ирианара. Резерв почти восстановил… но магические потоки продолжают в меня течь, словно я пустой колодец. Могу тебя обжечь.
— Но как же… — я запнулась, уронив руки. И сама была теперь покрыта сажей с ног до головы.
Да, он усмирил лаву.
— Маэлин, давай ты хотя бы сейчас просто сделаешь все, как я скажу.
Я нерешительно кивнула.
— Оглянись. Найди мой меч — он должен где-то здесь валяться, если не упал с обрыва."
"Я выполнила все, как он просил. Меч нашелся не сразу, но я все-таки разглядела его, полузасыпанного пеплом, и сумела вытащить.
— Посмотри внимательно. Я заменил эфес, когда оставлял тебя в Храме Хаоса.
Я отерла рукоять ладонью, как могла, и увидела, что в яблоко эфеса вставлен полупрозрачный дымчатый кристалл.
— А сейчас, Маэлин… ты сильно, очень сильно захочешь обратно в родительский дом! Ты вернешься в свой мир. И будешь меня ждать.
— Но…
— Нет. Вернешься. Потому что ты уже сделала здесь все, что могла. Все, что было нужно. Усыпила ярость Ирианара, исцелила его ярость. Теперь моя работа. Я должен впитать его магию — всю, без остатка. И тогда этот безумный источник магии, наконец, перестанет выбрасывать свое излучение в оба наших мира.
— Почему я не могу подождать с тобой? Вернемся вместе! Ты обещал, что теперь все будет вместе! — упрямо возразила я, вздергивая подбородок и борясь с подступающими слезами… и все растущей слабостью.
— Потому что, моя Маэлин, я не уверен, что после этого гора и остров останутся на месте. Боюсь, что лишенные магии, они просто разрушатся, как разлагается тело, утратившее душу.