"Алайна Салах
Экс-любовники
1
— А подождать это не могло? — ною я, быстро переставляя каблуки в попытке успеть за Полиной. — За седьмым столом опять кретин на «Порше» возмущается, что ему стейк переперчили, а ещё мне нужно рубашку застирать…
Поля резко останавливается, так что я едва не врезаюсь ей в спину и, пробежавшись взглядом по коричневому пятну, формой напоминающему кляксу на черепе Президента СССР, по-хозяйски берётся за мой бейджик.
— Времени переодеваться нет, — поясняет она, отстёгивая его. — Глеб Андреич сказал свистать всех наверх как можно быстрее.
Справа под рёбрами неприятно сжимается. Наш «Роден» продали? Ну вот чего я несчастливая такая? Работал ресторан успешно целых восемь лет, но стоило мне устроиться на должность управляющей, как его сразу продают.
— Я не хочу по команде подавать лапу, — говорю я, следя, как Полина перемещает бейджик аккурат на кофейную кляксу.
— А придётся первое время.
И мы, как две голодные гончие, вновь прибавляем скорость. Но даже стук каблуков — моих скромных четырёхсантиметровых и Полининых стриптизёрских — не способен заглушить гул невесёлых мыслей. Я не хочу терять эту работу. В «Родене» мне всё нравится: месторасположение, коллектив, обстановка и, конечно, моя руководящая должность… С некоторыми клиентами я успела подружиться, и зарплата меня устраивает. И с Ворониным, генеральным, мы сразу нашли общий язык.
Тяжесть в правом боку усиливается, и мне приходится его потереть. Вот ведь разнервничалась. Ну или новый десерт, разработанный шеф-кондитером, действительно слишком жирный.
За длинным прямоугольным столом уже собрался основной персонал: бухгалтер, шеф-повар и шеф-кондитер, бар-менеджер и администратор сегодняшней смены Виктор. Сам Воронин, как и обычно, сидит во главе своих подданных с одновременно грустным и торжественным видом. С таким же лицом папа выдавал мою старшую сестру замуж.
— Присаживайтесь, девочки, — покровительственным тоном распоряжается он, указывая на два свободных кресла.
Мы с Полиной рассаживаемся, незаметно переглядываемся с остальными, мол, чего-нибудь важное не пропустили? Но пропустили или нет, по их каменным лицам так сразу и не поймёшь.
— Итак, — продолжает Глеб Андреевич. — Многие уже знают, для чего я вас сегодня собрал, а кто не знает, тот сейчас узнает.