"Юлия Арниева
Айрис. Изменчивыми тропами
Пролог
– Вставай! Работы полно, а она отдыхать вздумала, – сварливый голос, словно скрип ржавых дверных петель, ворвался в мой беспокойный сон, заставив поморщиться от резкого приступа боли в голове. Следом порывом ветра меня обдало отвратительным смрадом: застарелого пота, нечистотами и разлагающимся мусором. Тошнотворная вонь тут же ударила в нос, в горле запершило, а из глаз покатились слёзы.
– Поднимайся! – снова рыкнул всё тот же голос и по моему лицу прилетело мокрой не менее вонючей тряпкой.
– Сейчас, – просипела, через силу приподнялась, облокотившись на ящик, я попыталась открыть глаза, но веки словно налились свинцом, а приложив чуть больше усилий, в висках тут же отдалось невыносимой резью, – голова болит.
– А нечего было дармавуху хлестать до утра! А ну, пошла, а то выгоню.
Раздражать горластую и явно нервную бабу я не решилась и предприняла ещё одну попытку открыть глаза. От увиденного моё сердце от ужаса болезненно сжалось, а дыхание перехватило.
– Где я? – испуганно прошептала, осторожно вскинув голову, уставилась на нависшую надо мной грозную особу. Та злобно оскалилась, вновь замахнулась на меня грязной тряпкой.
– На заднем дворе трактира и чего попёрлась на ночь глядя сюда!
– Не знаю, – просипела, не понимая, что я здесь делаю. Незнакомая тёмная подворотня с наваленным у стены мусором, среди которого сновали огромные крысы в поисках, чем поживиться. Предрассветный сумрак не освещал все уголки этого кошмара, но и того, что я видела было достаточно, чтобы прийти в неописуемый ужас.
– Айрис! Дрянная девка! У меня скоро постояльцы спустятся. А я с тобой здесь валандаюсь! – снова закричала женщина в странном наряде, больно дёрнув меня за волосы, – приведи себя в порядок и убери зал.
– Айрис? – с недоумением переспросила, услышав в первые это имя, оно, казалось, мне каким-то чужеродным. Я была уверена, что оно мне не принадлежит, но и своего я не могла вспомнить. Захлёбываясь от накативший на меня паники, с силой сдавила виски, пытаясь восстановить в памяти хоть что-то… Но, кроме чёрной пустоты, крикливой тётки и подворотни с вонючими помоями и крысами, в моей голове ничего не было.
С трудом поднимаясь с земли, дрожащими руками вытерла грязные в чём-то липком ладони о подол платья, растерянно спросила, – Айрис – это я?
– Нет, я! А ну, пошла! – Прошипела женщина, больно пихнув меня в спину, – если бы не моё обещание твоей покойной матери, давно бы выгнала такую лентяйку взашей.