Я вспомнила Ортона и хмыкнула — а прыгал ли он? Или просто сполз по этим цепким вьюнкам? Хотя какая, в сущности, разница.
Дальше снова потянулись жилые дома. Все, как один, за оградой. Иные за глухими заборами — только ветки яблонь и вишен свешивались через него на улицы. Иные за причудливыми решетками — и сквозь ограду можно было разглядеть клумбы во дворе, увитые вьюнками беседки, кусты сирени и плодовые деревья, которые держали скорее ради красоты, нежели для пользы.
— А этот не знаешь, чей? — За богатой чугунной оградой сад был совсем запущен.
— Твой. — Ответил Тай.
Я остановилась.
— Не слишком удачная шутка.
— Это дом предпоследнего ректора… того, что погиб. Ты и Эльрик — единственные наследники. Значит, он твой. Думаю, если ты зайдешь к секретарю академии и представишься — ключи отдадут без лишних вопросов.
— Что, прямо вот так любая девица с улицы может зайти, сказать, что она внучка ректора — и получить ключи от дома?
— Если эта «любая девица с улицы» будет настолько похожа на своего отца… а секретарь, кстати, не менялся уже четверть века — и славился тем, что помнит в лицо каждого слушателя.
Да… вот будет забавно, если я все-таки решу вернуть себе права на дом отца — и провороню какое-нибудь охранное заклинание. Я коснулась нагретого солнцем чугуна. Рискнула бы. Отец и впрямь любил хитрые ловушки — но те, которыми он закрывал дом, каждый из нас мог снять за пару секунд. Хотя любой чужак, рискнувший ограбить наш дом, был бы обречен.
Если… Я напишу Рику. Чем бы все не закончилось для меня — дом должен принадлежать нашей семье.
Я заставила себя оторваться от ограды и пошла вслед за Тайроном.
Похоже, эльф любил глухие заборы. Каменная стена с прочными воротами — настоящая крепость.
— Ключи не потерял? — поинтересовалась я.
— Они не нужны. Только самый отчаянный вор полезет в дом колдуна… даже если тот стоит нежилой уже много лет.
Я присмотрелась к заклинаниям, опутывавшим забор.