"
"Арагон был отброшен за перевалы и, на время, потерял силы и желания претендовать на часть этих земель. Германские императоры, увлеченные внутренними проблемами и войной с папством, сквозь пальцы смотрели на эти края, правда, но ревностно оберегали части земель, вассально подчиненных империи.
Более полувека назад, отец короля Филиппа уже выручал осажденную Тулузу, которую хотел захватить Генрих Плантажене – дед нынешнего английского короля Генриха Третьего. Но, по иронии судьбы, окситанцы во главе с отцом нынешнего графа де Сен-Жиль, не оценили благородство их далекого короля и переметнулись к грозной Англии.
Даже граф Раймон де Сен-Жиль прибегал к подобным метаниям из стороны в сторону, чем загнал себя и свой народ в кровавый и жуткий угол религиозной войны, тесно переплетавшейся с династическими спорами.
Город и крепость Каркассон расположился в центре огромной и плодородной равнины и блокировал выходы из горных перевалов юга.
Фуа, Комминж и Арагон, так или иначе, имели связи с равнинной Францией и Европой только через этот город. Его ключевая позиция не случайно была важной для короля Филиппа. Удержать любой ценой крепость и сенешальство означало навсегда утвердиться на Юге Франции для Капетингов.
После смерти графа Симона де Монфора, погибшего при неудачном штурме Тулузы, его сын Амори вел дела крайне неудачно, теряя один за другим замки и крепости.
Только вокруг Каркассона в данный момент решалась судьба Окситании. Быть ей с Арагоном и отойти от Франции, или навсегда влиться в могучее и развивающееся тело нового французского королевства.
Итак, к прибытию маршала де Ла Фо и его небольшой армии, сенешальству Каркассона принадлежали замки Терм, Лаграс и Пеннотье в центре и на юге. Крестоносцы кое-как удерживали городки Альби, Ломбер, Лавор и Кастр на севере.
Но, даже между этими гарнизонами не было устойчивой и безопасной связи. На караваны и группы воинов постоянно совершались нападения. Причем, что самое удивительное, враг знал, когда, где и в каком количестве появятся французские рыцари и их воины.