Игра, затеянная маршалом де Ла Фо и его верными помощниками мессирами де Марли и де Клэр, стала приносить первые плоды."
"Отряд мессира Жильбера, к великой радости Ги и графа Амори де Монфора, сумел захватить и удержать за воинами Креста Авиньоне, отбив три ужасные атаки. Молодые английские рыцари не раз сходились в жуткой рукопашной схватке с противником, но сумели выстоять. Маршал отправил к мессиру Жильберу пятьдесят конных арбалетчиков и сотню копейщиков, усадив их на мулов и вьючных коней, что разом увеличило мобильность отряда.
Небольшой отряд маршал направил к Кастельнодари с приказом восстановить старую крепость и разместить в ней небольшой гарнизон, чтобы блокировать дорогу и отрезать замки Лорак, Брам и Монреаль, находившиеся между крепостью и Каркассоном от надежного снабжения и усиления. Ги-младший срочно согнал всех горожан и крестьян, которых нашел в округе, и за пять дней восстановил и расширил рвы вокруг Каркассона. Граф Амори, стеная и жалуясь на скудость средств, выделил три тысячи ливров для каменных и инженерных работ в крепости.
Авиньоне, тем временем, отрезал и обрек на голод Ле-Кассе, Ла-Бесед и остальные замки, расположенные к северу от Каркассона. Маршал довольно потирал руки. Первые плоды, пусть, скромные, но радовали его, вселяя уверенность в успехе.
Утром приехал уставший Бушар, который разбудил Ги своей бранью на нерасторопных конюших, которым он дал отличного пинка под зад. Сенешаль поднялся на постели и толкнул в бок спящую рядом с ним женщину. Двадцативосьмилетняя Мария, вдова убитого в первую кампанию рыцаря-южанина, открыла глаза и зевнула.
– Просыпайся, Мари… – Ги поцеловал ее в шею. – Сейчас ко мне войдет мессир де Марли, я не хочу его травмировать своим т твоим мирным видом.
Женщина нехотя встала и стала собирать свои одежды, разбросанные возле постели. Она наклонилась и повернулась к Ги своим восхитительным задом, подбирая нижние юбки.
– Ты ж моя прелесть! – Сенешаль поцеловал нежную розовую ягодицу Марии. – Смотри, как бы мои слуги тебя не увидели в таком виде!..
– Ревнуете, сеньор Ги? – Улыбнулась Мария, повернулась и прижала лицо маршала к своему нежному животику.