***
Фабрикант как раз закончил раскладывать своеобразный пасьянс из замусоленных фотокарточек, как порог его кабинета перешагнул прямо-таки пышущий негативом главный инспектор условий труда.
— И что, ему все сойдет с рук!? Этому!.. Ворюге и мошеннику?!!
— Во-первых, здравствуй. Во-вторых — это ты о ком?
Долгин так и застыл с открытым ртом. Медленно выдохнул, подошел поближе, и уже спокойным голосом поприветствовав своего начальника, повторил:
— О купце Солодовникове.
— Аристарх Петрович, что ли, рассказал?
Не так давно, к нескольким учителям Григория по общеобразовательным предметам добавился еще один — начальник отдела аудита, господин Горенов.
— Да, на сегодняшней лекции. Как пример несложного мошенничества через подставных лиц.
— Никогда, Гриша. И не нужно это, да и нельзя.
— Почему?
— Ты думаешь, я не хочу? Еще как хочу. А все равно нельзя.
— Решать конечно тебе, командир. Только я ну вот хоть убей — понять не могу, почему ему дозволенно украсть деньги компании и остаться без пули в подарок.
— Гриша, окстись — какая пуля? Это в тебе унтер-офицер Олькушского погранотряда проснулся, не иначе. Мы же теперь люди не военные, а совсем даже гражданские — а это значит, что к людям надо относиться помягше.
— Ну да как же, не снимает! Я справки-то навел — скряга известная, за копейку удавится. А еще вернее, удавит. Через это и нет у него ни друзей, ни даже приятелей — никто с ним не хочет дело иметь, всех обманывает.
— И тем не менее, пяток мелких купцов именно он спас от полного разорения и долговой ямы, внес необходимые залоги, подкинул деньжат и все такое прочее. Опять же, благотворительствует изрядно, доходные дома для рабочего люда ставит. Недавно театр решил открыть, о возведении больницы для московской бедноты подумывает. Как в такого стрелять?
— Ну прям святой человек! И что, причина только в этом?
— Вот ты упорный! Не понравился он тебе, так и скажи.