А вот для человека посвященного просьба об аренде была вполне себе обыкновенной — все заинтересованные люди в Москве уже давно были в курсе, что у Солодовникова вполне можно ""занять"" на время небольшие пакеты акций. Разумеется — небольшие лишь по меркам солидных деловых людей. И вот эти самые люди иногда очень нуждались в дополнительных голосах на собраниях акционеров, дабы гарантированно протолкнуть выгодные для себя решения. Тут-то и вспоминали о дорогом (век бы его не видеть и не слышать) Гавриле Гаврилыче, шли к нему на поклон, и, как правило, обретали искомое.
— Соблаговолите-с изложить свое дело еще раз.
— Охотно. Через три дня состоится очень важное для моего дяди собрание акционеров, на котором он хотел бы…"
"Слушая разливающегося соловьем просителя, хозяин конторки еще раз взвесил все за и против. И решил — риска, пожалуй, никакого и нет. Дело насквозь понятное, личность Лунева-старшего тоже вполне известная — хотя сам он и обретается в Санкт-Петербурге, но домовладения и просто землю скупает именно в первопрестольной.
— Я думаю.
Солодовников довольно-таки бесцеремонно перебил своего просителя, и с удовольствием отметил — даже и тени неудовольствия не промелькнуло у того на лице.
— Что смогу вам помочь. На определенных условиях, конечно же. Первое — от вас будет залог в тридцать тысяч. Второе: пользование моими бумагами обойдется вам еще в десять тысяч, на ассигнации.