Шепотом обматерив косорукого машиниста, не умеющего толком затормозить состав, Демид стал осторожно рыться в экспедиционном ранце, пытаясь на ощупь выудить из него спиртовую горелку. А так же завернутый в промасленную бумагу хлеб, банку с рационом, и банку с какой-нибудь зеленью — пойдет как приправа к каше.
— Ты чего? А, эт правильно, это мы завсегда…
Зевая так, что слышался тихий хруст в челюсти, Игнат поспешил повторить почти все действия товарища: облегчился, потянулся, споткнулся о свой же спальник (свободного пространства было до ужаса мало) и в полный голос упомянул нечистого.
Щелкнул зажигалкой, в данный конкретный момент выполняющей роль небольшого фонарика, и опять позевывая, осведомился немудреным меню их раннего завтрака:
— У тебя что?
— Говядина, с горохом.
— Не, надоела!
Пару минут поковырявшись в рюкзаке, второй экспедитор с победным возгласом вытянул свинину с гречкой.
— Последняя!
— Угум, остальные ты уже сожрал.
Приняв по пятьдесят грамм прямо из бачка горелки, сугубо для аппетита (такие ""утечки"" топлива были вполне плановыми и осуществлялись с дозволения начальства), напарники устроились поудобнее.
Поставили банки с кашей на язычки полупрозрачного спиртового пламени, горевшего на диво ровно (несмотря на наличие довольно сильных сквозняков), и принялись терпеливо ждать. В преддверии станции состав плавно замедлял свой ход, и хотя машинисту наверняка время от времени икалось (поминали его хоть и редко, да зато с большой выдумкой), но рывков и толчков все же больше не было.
Прибытие же в Ландварово, и соответственно полная остановка, с удивительной точностью совпала с началом обстоятельного приема пищи двумя проголодавшимися мужчинами. Ложки размеренно скребли по стенкам банок, на горелке начинал исходить парком небольшой котелок (горячий чай в раннее морозное утро — это просто здорово!), а на душе царил мир и полное довольство жизнью. Которая явно удалась: в семье достаток и все живы-здоровы, начальство ценит, работа нравится. Что еще надо понимающему человеку? Заморив червячка (если судить по количеству съеденного, это был настоящий исполин), Игнат и Демид убрали все по своим местам, и совсем было примерились немного подымить папиросками, но…
— А чо, разве этот?
— Тшш!!! Ты чего это разорался, ирод! Так, давай полегоньку.
А вы по сторонам посматривайте, олухи царя небесного!..
Тихие голоса снаружи товарняка прозвучали для экспедиторов оружейной компании наподобие грома небесного, заставив замереть.
