— Слушаюсь!
Несмотря на то, что компания Круппа была насквозь и исключительно частной, многие порядки в ней сильно походили на армейские: беспрекословное послушание, дисциплина… и чувство сопричастности к чему-то большому. Недаром ведь появилась поговорка — ""что хорошо компании, то хорошо Германии""."
"— Встреча произошла привычным образом, на частной квартире. Осведомитель был явно чем-то напуган, и несколько раз повторил, что чувствует за собой слежку. Он передал мне некие бумаги, вернее копии, и дал с ними поверхностно ознакомиться.
— Защита, новые документы и переезд? Он что, сумасшедший?
— Сведения… Они того стоили.
— Дальше.
Крупп не хотел торопить своего собеседника, искренне наслаждаясь ощущением тайны, и тем, что скоро она перестанет быть таковой. Маленькая слабость большого человека — причем, вполне безобидная, а это редкость.
— Я передал деньги и получил указание, где хранятся бумаги — и это все, что мы успели.
Нейгель непроизвольно потянулся к шее, но вспомнил, где находится, и тут же прекратил демонстрировать столь постыдную слабость.
— Заводская полиция князя так хороша?
— Более чем, экселенц, более чем. Мне неприятно это признавать — но я НЕ СМОГ оказать им вообще никакого сопротивления. Я не слышал, как они проникли в квартиру, и не ощущал их присутствия вплоть до самого последнего мгновения.
— Вот как?.. Хм, мой юный друг демонстрирует все новые таланты. Дальше?
— Нашего конфидента обыскали, немного допросили — разумеется он все отрицал, затем оглушили, и… Повесили у меня на глазах.
Фридрих, потянувшийся было рукой к сигаре, тут же о ней забыл.
— Занятно.
— Далее, меня развязали, и, насколько я понял, запечатлели на фоне, гм, недавнего собеседника. Кстати, проделав это при помощи удивительно маленькой фотографической камеры.