Его лицо практически не изменилось, когда он остановился посреди комнаты. Спина оставалась вытянутой, как струна, а руки напряженными до состояния, когда можно разглядеть каждую мышцу. Пальцы сжимались в кулаки до побелевших костяшек, а немигающий взгляд уставился на заходящее за горизонт солнце.
Этого она боялась больше всего. Сейчас в его голове зрел план отмщения за ее прошлые испытания. Гермиона не решалась подступиться к нему или сделать хотя бы пару шагов, и оставалась стоять на месте. Ее потряхивало, но разобрать от чего конкретно не выходило.
— Драко… — наконец, решается она обратить на себя внимание застывшего словно статуя молодого человека.
Когда последний звук его имени слетает с ее губ, происходит нечто ужасающее, и Грейнджер просто не может подобрать объяснение или хотя бы правильное описание для этого.
Вновь магический выброс, годами копящейся магии, но он не похож на те, что когда-либо приходилось видеть девушке.
В одну секунду все стеклянные и керамические предметы в гостиной и на кухне взрываются, рассыпаясь в настолько мелкую пыль, что Гермиона даже не может ощутить ее.
Девушка боится сделать хоть шаг, не зная, что еще ожидает ее в этом тумане гнева и желания мстить. Она даже не представляет, что предстает перед людьми на улице.
В этом тумане дышать не становится тяжелее, но паника все же подбирается к ней со спины. Гермиона не позволяет своим переживаниям запустить когти в ее сознание и делает первые уверенные шаги в направлении, где, как она предполагает, стоит Драко.