— Нет-нет, всё как нельзя лучше, — поспешила успокоить его Ольга. — Вам помочь?
Мужчина остановил её жестом руки и перенёс журнальный столик к софе. Без лишних объяснений поправил на гостье плед. Он вёл себя настолько естественно, что ей не пришло в голову отказаться от его помощи. Отношения врач — пациент ни к чему не обязывали и делали общение лёгким и непринуждённым.
Ольга обмерла, когда он снял чехол с того самого кресла, где она устроила тайник, и придвинул его к противоположной стороне столика. Мысленно взмолилась, чтобы Кадди ничего не заметил.
"Он вернулся в кухню, а женщина вскочила и перепрятала коробку за пианино. Его уж точно никто двигать не станет.
Хозяин дома вернулся с подносом. В высоких стаканах дымился янтарный напиток. Запах мяса с острой приправой перебил ароматы других блюд. А их было немало.
— Вы решили за один раз уничтожить трёхдневный запас? — рассмеялась Ольга, оценивая красиво сервированный поднос.
— Я голоден, — улыбнулся мужчина, потирая руки. — И здесь нет даже половины.
Он положил на тарелку всего понемногу и передал женщине. Подал вилку:
— Пробуйте. Не уверен, что вам всё понравится, но в шотландской и французской кухне много общего. В шестнадцатом веке наш король Яков V Стюарт взял в жёны французскую аристократку — герцогиню Марию де Гиз. Она привнесла в нашу кухню много французского.
— Merci. Я не капризна в еде, — охватила она взглядом предложенные яства. Начала с сандвича*.
— С копчёным лососем и сливочным сыром, — подсказал Кадди.
— Люблю солёную рыбку, — смаковала Ольга изыск. — Сочная.
— Лосося коптят, предварительно маринуя в виски, — пояснил мужчина, а гостья подвинула стакан с чаем ближе, любуясь подстаканником*. Следом услышала: — Сразу много не пейте. Вам нужно воздержаться от горячего питья. К тому же это пунш. «Горячий Тодди».
— Quoi?.. Что? Тодди?
Кадди, довольный интересом женщины, охотно растолковал:
— Чай с виски, вересковым мёдом и лимоном. Тодди — название индийского пальмового вина со специями.
Она знала, что объяснения не избежать. Очередная порция лжи, увы, не станет последней.
Прожевав сандвич и сделав глоток пунша, Ольга вздохнула:
— Это было ужасно. Не понимаю, как всё случилось. Ненастная погода, бурное море. Эта ужасная морская болезнь… Я почти ничего не помню.
Она замолчала, не желая выдумывать душещипательные подробности.