Например, что маминым избранником был не какой-нибудь безвестный маг, а тоже адамас, младший брат неуловимого лорда Рубина. Красавец, бабник, сорвиголова, искатель приключений и вообще неуправляемый тип. Женщины у него менялись каждую неделю, семья от его выходок периодически выла, из Алмазной академии его выгнали, даже заступничество брата не спасло, никаких конкретных обязанностей дома за ним так и не закрепили. Естественно, Ивергаст Бриллиант не хотел такого зятя. Да он тысячу раз пожалел, что не выдал дочь за любого из предыдущих поклонников, все они казались как-то надежнее… и ни один не занял бы в ее сердце более важное место, чем любимый отец.
Они не просто сбежали, но и сумели спрятаться так, что адамасы, как ни искали, не смогли обнаружить.
И если вспомнить слова Алоны, папа маму любил и хранил ей верность. Чем они занимались, я деду рассказала… и со злорадным наслаждением наблюдала, как у него челюсть отвисла.
Итак, я чистокровный адамас. Занятная новость.
Осталось только решить, как к этому всему относиться.
Чтобы дать мне немного прийти в себя, Веоран вывел меня в сад. Ужин мы благополучно просидели в кабинете, сейчас в большом зале объявили какой-то танец, но нам веселиться не хотелось. Общество фигурно подстриженной растительности и невероятной звездной ночи казалось идеальным вариантом.
Огоньков было немного, и они плавали прямо в воздухе, заливая холодным светом паутину из узких дорожек. Иногда под ногами что-то хрупало. Я присмотрелась… Блестит.
Хм.
– Дорожки посыпаны драгоценными камнями?! – не сдержала изумления.
Эти адамасы… чокнутые!
– В честь праздника, – беззаботно пояснил Веоран. – У нас так принято.
Он все так же обнимал меня за плечи. Идти было не очень удобно, даже то, что я в ответ обняла его за пояс, не помогло. Но отстраняться не хотелось. Казалось, что только сильное тело мага сейчас реально в ставшем вдруг зыбким и переменчивым мире.
– Бессмысленное расточительство, – вылезло гномье воспитание.